- Ничего, - соглашается Максим, бросая на нее короткий взгляд. – Кофе будешь?
- Да.
- Садись и начинай рассказывать, - кивает Максим на стулья у барной стойки.
Забраться на высокую мебель после бессонной ночи, хождения по кварталу с утра и поездки дается с трудом, но девушка справляется, постоянно подхватывая полы халата. Ей не приходит в голову отказать Максиму и сохранить произошедшее про себя.
- Он меня в какое-то жуткое место затащил, - выдает единым духом девушка и в уголках глаз снова начинают скапливаться слезинки. – Там прямо толпой люди сексом занимались на глазах у всех.
- Как клуб называется? – на секунду отвлекаясь от джезвы приподнимает бровь Максим, групповушкой его сложно поразить, приходит мысль, что девушка излишне остро восприняла обстановку, дело в небольшом недопонимании.
- Я не знаю, один там меня просвещал, они коллекционеры, а женщины у них вместо картин, - сжимаясь от пережитого ужаса, воспроизводила по крупицам предыдущий вечер Елена.
Бояринов замер с джезвой в руке, приподняв ее с плиты и донеся до чашки, но не переливая напиток в приготовленную посуду. Он слышал про коллекционеров, интересовался ими, выяснив побольше, интерес потерял. Свингеры с элементами насилия его не привлекали. Получается Воронцов коллекционер. Гадость какая. Еще за тематика себя выдавал.
- Глеб хотел к ним на вечер попасть, они соглашались только вместе со мной, он меня к ним привел, - сбивчиво продолжала Елена. – Ему нужно было милицию на них навести, чтобы наверняка.
- А ты вместо приманки? – вникал Максим, начиная потихоньку злиться, в нынешнем состоянии ему впасть в гнев еще проще обычного.
- Вроде как, - горько улыбнулась девушка, быстро смахивая слезы со щек.
- Понятно, - сказал Максим и начал наливать кофе, аромат расплывался по комнате, горячий темный напиток выглядел особенно привлекательно в тонкой белой чашке. – Ты больше не соглашайся на всякие сомнительные мероприятия.
- Я не соглашалась, - глухо произнесла девушка, меняя сложившееся было отношение Максима к ситуации в корне.
- В смысле? – переспросил он, ставя перед ней кофе и пытливо вглядываясь в каждый жест и изменения мимики, не спрятаться.
- Он не говорил мне куда идем, вообще ничего не сказал, не предупредил, - зачастила Елена, доверяя самую главную обиду. – Я еще ему там стоп-слово…, как дура.
Слезы потекли сильнее, и она наклонилась над чашкой, стараясь казаться более незаметной, свернуться в защитную позу. Елена трогала кончиками пальцев край чашки, словно отвлекаясь и ей не помогало.
- Как далеко зашло? – голосом наполнившимся арктическим холодом, поинтересовался Бояринов.
- Не далеко, - тщетно сглатывая ком в горле, после значительной паузы, признала Елена. – Меня раздели только, первый полез, и милиция ворвалась.
- Я с ним поговорю, - тем же ледяным голосом пообещал Максим.
- Нет, - вскинула на него глаза девушка, видя, что не реагирует, спрыгнула с высокого стула и подбежала к нему ближе, хватая его за руки. – Пообещай мне, что не станешь. Не надо. Все уже. Все все равно кончено. Пожалуйста.
Максим не давал пустых обещаний нижним. Обычного человека ему обмануть нечего делать, однако существовала отдельная категория людей, которым он не лгал и старался оправдать самые высокие их ожидания. Не сложно представить, насколько сильно ему не хотелось прислушиваться к просьбам девушки. В конце концов, она заставила его дать обещание.
Они прожили вдвоем, не выходя из квартиры, три дня. Спали в обнимку на одной кровати. Им бы не удалось никого убедить, что сексом они не занимались. Елена довольно быстро заметила, что у Максима проблем не меньше, чем у нее. На третий день она нашла за диваном смятый в комок листок из журнала, вытащила и расправила на коленке. На картинке фотография жениха и невесты, явно какая-то богатая светская свадьба, пара с восточными корнями. Парень высокий, широкоплечий, выразительные карие глаза, четкая линия челюсти, девушка рядом с ним кажется хрупкой фарфоровой статуэткой, у нее пышные волосы и тоже темные глаза, а вот кожа очень светлого оттенка. Принц и принцесса из самого конца сказки со счастливым концом. Максим поймал ее на горячем. Елене не удалось скрыть вопросительное выражение на лице.
- Не спрашивай, - пресек заранее Максим, тяжело вздыхания и проводя рукой по волосам, откидывая длинные пряди назад со лба.