- Развяжи меня, - с места срываясь в истерику, потребовала Варвара, дергаясь в путах самостоятельно.
Глеб не знал об ушедшем топе решительно ничего, но связал он его жену качественно. На требование жены он не мог не откликнуться, кивнул сам себе и пошел распутывать веревки. Наверняка неподалеку приготовлены ножницы или нож, чтобы быстро разрезать, но Глеб настолько оглушен сценой, что распутывает узлы вручную, не думая искать. Не даром ему не нравился этот сорт, слишком гладкие волокна, затягиваются туже нужного, стоит слегка потянуть. Глеб занимается долго и молча, стоило освободить одно запястье Варвары она присоединилась, царапая узлы наращенными ногтями, только мешала. Глеб не делал замечаний, просто переместился к ногам и развязывал там. Наконец Варвара свободна от пут, она соскочила с козла и прошипела:
- Отвернись.
Глеб сделал не задумываясь, общая неловкость их положения и нарастающая болезнь сковали его окончательно. Варвара сгребла разбросанные по предметам мебели вещи в одну кучу, вытащила трусики и джинсы, готовясь надеть, поморщилась, бросила вороватый взгляд в сторону Глеба и присела на корточки, из удобной позиции потянув из себя пробку. Глеб совсем не горел желанием, но увидел ее мельком в вытащенном из шкафа передвижном ростовом зеркале. Выдержать дольше он не в силах.
- Я тебя на кухне подожду, - уставшим и охрипшим голосом произнес он, рывком распахивая дверь и громко захлопнув ее за собой.
Не сорвался окончательно, уже можно гордиться собой. Глебу все еще хотелось согреться, он ошибся насчет пустого холодильника, тут полно еды, не настоящей, так легкие деликатесные закуски, чтобы не отвлекаться от остального, но кофе тоже есть. Мужчина испытывает странное онемение, касающееся скорее его эмоциональной сферы, чем физической и слушает бурление закипающего чайника. Внезапно до него доходит простая истина, он бы с ума сошел и разнес квартиру в клочья, не выпустил бы левого мужика без разборок, будь ему Варвара хоть сколько-нибудь дорога. Нельзя так относиться к матери собственных детей. Ему удалось налить себе кипятка поверх ложки растворимого напитка, устроиться в уголке кухонного дивана и даже сделать глоток, прежде чем Варвара ворвалась на кухню разъяренной фурией.
- Ну давай, говори, расскажи мне, как я во всем виновата, предала тебя, шлюха. Да? – закричала Варвара за яростью пряча испуг и застарелую обиду. – Ты же у нас по девкам не бегал, занимаясь своими извращениями. Думал, я не знаю?
Глеб ходил в тематические заведения, чистая правда, потребность нельзя подавлять вечно, но до физической измены Варваре доходило редко и обычно она выражалась в сравнительно безобидном минете.
- Знаешь, - прикрыл воспаленные глаза Глеб, потирая лоб. – Я особо не скрывал, но и проблем у тебя со моими «девками» не было, признай. Самое печальное не в изменах, а в том, что нам с тобой, по большому счету плевать. Вот я ничего не испытываю по этому поводу. А ты?
- Что я? - продолжала кричать отчаянно защищающая Варвара.
- Чувствуешь что-нибудь? – продолжал расспросы Глеб.
Его жена вдруг остановилась и сильно покраснела.
- Я не собираюсь разговаривать в таком тоне, - выпалила она, развернулась и выбежала из квартиры, прихватив верхнюю одежду и сумку.
А Глеб тяжело заболел, провалялся в постели четыре дня кряду, выбираясь только на кухню, продолжая разбавлять глухой кашель и температуру горячим питьем. Лекарства ему привезти оказалось некому, он и не просил, жена им не интересовалась, звонили исключительно с работы. Здоровый, сильный организм справился сам. Глеб принял душ, чувствуя себя не столько выздоровевшим, сколько очнувшимся после долгой, почти безнадежной комы. Он набрал Варвару сам и четко произнес в трубку:
- Нам надо развестись.
Глава 52. Дочери и сестры
Говорят, развод сравним с окончательной и бесповоротной потерей близкого человека, то есть со смертью. В случае Глеба предполагаемый покойник никак не желал смирно улечься в могилу, хоть осиновый кол забивай. Глеб близко не приближался к дому, окончательно обосновавшись в старой квартире. Вроде его должно было задевать, что жена принимала любовников прямо в ней, но он настолько ровно относился к Варваре с самого начала, ему все равно. Никого же не интересует прошлое гостиничного номера, а уж они повидали намного больше. Разве клининг заказал, поручив им генеральную уборку, выбравшись на несколько часов в офис. Ради развода пришлось подыскивать отдельного, разбирающегося адвоката. Варвара закатывала громогласные истерики, из которых совершенно непонятно чего же она, собственно, хочет. Глеб не смог добиться однозначного ответа согласна она на развод или нет, поток эмоций быстро перерастал в обвинения и оскорбления, мужчина старался не вестись на провокации и не отвечать взаимностью.