Коллекционеры оказались мощной и влиятельной организацией исключительно издалека. Никто из них даже не узнал и не связал свою гибель с Глебом. Жалкое сборище извращенцев, не умных, не красивых, совсем не молодых, грубых и ограниченных. Не стоит вспоминать.
Развод и месть не принесли Глебу ожидаемого довольства жизнью, кроме краткосрочных облегчения и ощущения справедливости. У него вообще ничего не было, кроме работы. Деньги обещают счастье, только когда их не достает, вместе с ними оно не приходит по умолчанию. Оставалось работать ради себя и детей, чтобы было, что им оставить. Он возобновил общение с родителями, сам не зная зачем, ездил к ним раз в месяц, иногда реже. Они вместе ужинали, мама рассказывала про племянников, детей его брата, оба сильно постарели. Глеб больше не винил отца, старался вообще не думать о прошлом.
В своем сегменте он стал настоящим воротилой, у него закупали медицинское оборудование с переведенными на русский язык программами, адаптированными под нужды местных учреждений. Его пригласил к себе сам Семен Викторович, известный владелец заводов, строящий больницу для своих работяг. Заключать такой контракт с сошками помельче ему не по статусу и Глеб поехал сам, заранее вооружившись документами и готовясь разливаться соловьем. Семен Викторович встретил его на редкость радушно, больница его последняя затея, скорее игрушка, способная послужит на благо, но вовсе не обязательная. Пригласил выпить в отдельный кабинет, отделенный от основного неприметной дверью. Там на боковом столике расставлены фотографии семьи. Глеб всегда нервно на них реагировал, отец до сих пор держал фотографию маленькой Алины в рамке у себя на столе, и Глеб их невзлюбил. Наличие целой россыпи рамок его триггерило, заставляло обращать внимание. Хозяин кабинета отошел к ближайшему шкафу за бутылкой коньяка. Глеб глянул пристальней и завис. На одной из фотографий стояла Елена, такая же красивая, как ему запомнилось, она держала руку на плече девочки, едва не доросшей до подростка, впрочем, от этого сложного возраста ее отделяло буквально год-два. Давно меланхолично отрабатывающее положенное сердце зашлось, заколотилось, распространяя жар по венам и артериям.
- Красивая у вас жена, - изо всех сил притворяясь только вежливым и больше ничего, кивнул на фотографию Глеб подошедшему Семену Викторовичу.
- А, это да, вся в мать, - степенно подтвердил мужчина, усаживаясь и разливая напиток по бокалам. – Сестра моя, не жена, они с дочерью в Питере живут, лет двенадцать назад переехала, видимся не каждый год, но фотографии шлют. Мне нравятся настоящие, не в телефонах.
Глава 53. Родня
Примерно на шестом месяце беременности Елена начала всерьез подбирать себе квартиру для покупки. Совершенно ясно, что она не успевает, пока оформятся документы, пока квартиру приведут в приемлемый вид, она давно родит и куда деваться с ребенком неизвестно. Логичней всего снять подходящее жилье на время, но Максим ей не позволял, даже заговорить не давал. Он уступил ей свое жилье, сам пропадал где-то в других местах. Нехотя обещал найти покупателей на украшения, откровенно предлагая денег взаймы без процентов, она отказалась. Эксплуатировать и так во всем ей помогающего мужчину Елена совсем не хотела. Она подозревала, что Максим собирается купить у нее украшения сам, придержать и вернуть, когда она сможет за них расплатиться. Зная Бояринова, не мудрено получить их в подарок на праздник. Елену пугала зависимость, в которую Бояринов неизменно и исподволь, самым естественным образом, затягивал понравившихся нижних. Часть натуры, ничего не поделаешь, он порой сам не осознавал, как оно происходит. Между ними оставалась дистанция, медленно превращающаяся в определенные чувства. Они друзья, из тех, что становятся ближе родственников, но не любовники и никогда ими не станут. Елене сама не стремилась переступить невидимую границу, ее беспокоила рана от свежего разрыва с любовником, и она не чувствовала к Максиму настоящего влечения. Между ними не искрило, по-другому не скажешь. И вообще, трудно ожидать от человека отношений, когда носишь ребенка от другого. Конечно, всякое в жизни случается, но не в их случае.
Максим пропадал неизвестно где, завел такую привычку. Она рассматривала фотографии очередной небольшой квартирки в районе Московского. Невыразительные однотипные постройки, возведенные в годы почти победившего социализма, скрывали в себе много хорошего, не так далеко от центра, удобная инфраструктура, ребенку будет спокойно расти в этих старых дворах. Зазвонил стационарный телефон, и девушка вздрогнула, раньше такого не происходило, пришлось отыскивать и брать трубку.