За два года упорства, недосыпа и прочих нездоровых вещей, а главное полной проекции внимания на свое дело, Елена научилась хорошо зарабатывать. Живя с Игорем, она скорее работой баловалась, занимала ею те немногие часы, которые оставались от облизывания мужа, обеспечения его полного комфорта, в общем, особо в работу не умела. Сначала у нее получалось лишь держать прежний уровень дохода, но вот что любопытно, деньги все равно оставались. Живя с обеспеченным Игорем и, вроде бы, на полном его иждивении, она каждый месяц тратилась до копейки, только иногда умудряясь отложить денежку ему на подарок.
Елене много не надо, и по случаю она вполне может себе позволить приодеться в самом дорогом магазине страны. Она в четверть не так серьезно готовилась к встрече с Виталием, как к походу в гости к тематикам. Нужно одеться достаточно провокационно, но не переступить невидимую грань, не скатиться в откровенную вульгарщину. Она долго выбирала, измучив консультанта, как всегда, не могла определиться какое взять из последних двух нарядов. Остановилась на маленьком черном шелковом платье-футляре на бретелях, полностью оставляющим открытыми шею, плечи, руки и значительную часть спины. Женщина с открытой спиной выглядит и чувствует себя особенно трогательно-беззащитной. Мужчины, с которыми она собирается познакомиться, должны оценить. Девушка разбавила слишком «голый» образ тканевыми длинными перчатками. К платью отлично подошли те самый туфли, скромные, черные, разве каблук высоковат и подошва ярко-алая. Она почти ушла из магазина, продолжая смотреть по сторонам, и замерла возле одной из витрин, широко раскрыв глаза. Идеально. Эта вещь непременно должна оказаться у нее. Пришлось еще разок извлечь надежно уложенную в сумочку банковскую карточку.
За два часа до назначенной встречи она все еще дома и не совсем готова, ее пробирает нервная дрожь. Ее никто не заставляет, тем не менее ей сильно не по себе. Хочется и колется. Самое подходящее здесь выражение. Ту последнюю прикупленную вещицу она снимала и надевала на себя четырежды, вот опять надела и испытующе разглядывает свое отражение в зеркале. Оставит как есть, одежда самое малое чего ей стоит опасаться. Как же страшно произвести неправильное первое впечатление.
Образ ей нравился, платье отлично сидело, кружевные резинки тонких черных чулок волнующе потирались друг о друга при ходьбе, порождая едва ощутимую вибрацию, туфли на каблуках визуально вытягивали и без того бесконечные ноги. Она сделала нарочито простую прическу, всего лишь гладкий низкий хвост, но на него ушло полтора часа, пока каждая волосинка и прядь в хвосте улеглись должным образом. И вот она - последняя деталь, кожаная портупея, свободно охватывающая горло, затем металлическое кольцо и от него один ремешок по груди, уходящий в пояс, украшенный похожими металлическими кольцами.
Была ни была, что она точно не должна допустить, так это опозданий. Елена накинула на плечи удлиненное и объемное пальто, оно напрочь скрывало даже детали ее фигуры. Для туфель на улице прохладно, но она поедет на такси, не замерзнет. В машине следила на смартфоне, как точка постепенно пожирает расстояние до клуба. Сердце попеременно сжималось и колотилось, пробуя проделывать несовместимое одновременно. Встав на мокрый асфальт, несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, подошла к неприметной, тяжелой двери и нажала на звонок. Ей открыл огромный охранник, надежно заменяя дверь, ширина плеч позволяла.
- Приглашение, - лаконично потребовал охранник, окинув ее равнодушным взглядом.
- Меня ожидает госпожа Ада, - тоненьким голоском пролепетала Елена, впервые задумываясь не подшутила ли над ней ее собеседница, слишком колоритное имя, если учесть контекст.
Охранник выдержал паузу, не актерствуя, скорее переваривая информацию, отличную от его постоянного лекала, поэтому сложноватую, вспомнил что-то и чуть отступил в сторону, распахивая дверь до конца. Внутренне замирая, девушка сделала пару коротких шажков, переступила порог.
- Подождите администратора, - буркнул охранник, махнув головой в сторону пустой стойки, с мерцающим по сторону персонала компьютерным монитором и потерял к ней интерес.
Елена ждала недолго, но настолько волновалась, что каждая секунда шла за минуты, порывы к бегству сменялись смелой решимостью остаться и посмотреть, убедиться.