Две другие пары закончили одновременно.
Техничная пара выдала потрясающе красивый результат, верхний расположил веревки таким образом, что их концы отходили от тела в шести местах по спине и задней части ног, в итоге собираясь в один пук на крюке, даже волосы в хвост веревкой обвязал. Веревки еще и замысловато переплетались на ней, а сама она, когда трос подняли, превратилась в идеально изогнутый полумесяц, зависший в воздухе. Нижняя представлена, как произведение искусства. Им аплодировали.
Третья пара представила простую и очаровательную цаплю. Девушка вытянута в напряженную линию, крюк зацеплен за оплетку рук, направленных строго вверх, она касается пола носком правой ноги, вторая согнута в колене и удерживается в таком положении несколькими петлями, наложенными на равном расстоянии одна от другой. Бояринов смотрел именно на них и хлопал им. Елена быстренько убедилась, другим подчиненным позволено выражать восхищение и тоже захлопала.
На сцену снова поднималась Ада, вернулась пара, покинувшая сцену совсем недавно, Максим впился в лицо нижней, безошибочно определяя недавние слезы, ему следовало успокоиться, у всех бывают ошибки, силой бы он ее сюда не притащил. Ада представляла мастеров, они кивали публике, больше всего восторгов забрали себе верхний и его нижняя, недавно выгнутая в форме полумесяца.
Участники покидали сцену, но Ада осталась, широкими шагами расхаживая по краю сцены, служитель вынес и почтительно подал ей шестихвостую плеть. На возвышение к ней поднялся высокий, мускулистый парень, дошел до нее и опустился перед ней на колени.
Глава 15. Приглашение
К Аде вышел высокий и хорошо сложенный мужчина, тяжелее ее раза в два, мускулы так и выпирают из-под футболки. Он мог бы использовать Аду вместо штанги, отжать ее от груди три десятка подходов к ряду, но подошел к ней поближе и опустился перед ней на колени, убрав руки за спину. Девушка подошла к нему ближе, провела рукой по волосам и сказала пару слов, он кивнул, избавляясь от футболки и джинсов, Елена впервые видела на мужчине стринги и задница у саба тоже подкаченная, выпуклая, рельефная. Ей пришлось сосредоточиться, чтобы не зажмуриться, как маленькой девочке, над ухом понимающе хмыкнул ничего не упускающий Максим.
На заднике сцены, сливаясь с общим фоном, имелись достаточно надёжные крепления. Ада не прикасалась к своему пленнику, с ним занималась специально назначенная служительница. Она одела парню на запястья широкие кожаные наручи и пристегнула его к стене, заставив широко развести руки, чтобы добраться до колец в стене, служительнице пришлось подняться на цыпочки. Ада знала толк в шоу, разница сильного маскулинного мужчины и хрупких девушек сильно контрастировала с их статусом. Сильный мужчина подчинялся слабой женщине. Разве не будоражит?
Ада совсем не жалела нижнего, она славилась в клубе, как не делающая скидок никому, соглашаясь с ней на взаимодействие, нижние заранее отказывались от надежды сохранить шкуру в целости и сохранности. Она размахнулась и припечатала по спине зафиксированного нижнего, заставляя шесть хвостов рассыпаться по телу веером. В хвосты вплетены тяжелые металлические бусины, они поблескивают при замахе, хотя на такой скорости их невозможно разглядеть, только догадаться об их сущестововании. Саб вскрикивает. Недовольная Ада хватает его за волосы на затылке, тянет голову на себя и неслышно для публики произносит несколько слов. После внушения, нижний не издает ни звука, не заглушает хлесткую песню свистящих хвостов. Хватило полдюжины ударов, и его спина покрылась розовыми полосами, кожа заблестела от пота.
Порка вызывает больше отклика у публики, никто не отвлекается, не переговаривается, не потягивает лениво напитки, как было при подготовке к подвесам. Елена глубоко сочувствует привязанному к стене мужчине, она совсем не уверена, что способна пережить подобное. И она не представляет себя на месте Ады, только на месте ее подчиненного и никак иначе. Проходит своеобразный экзамен перед самой собой, обнажаясь перед собственным сознанием сильнее, чем когда бы то ни было. Она далеко не готова выдавать сделанные выводы другому человеку, оставляя их в секрете, для себя одной.