- Я скорую вызову, - собрался и начала командовать Глеб, по-прежнему не решаясь ее трогать.
Елена молча замотала отрицательно головой, не предвидя ничего, кроме позора. Отчаянное отрицание вызвало новый приступ головокружения, вдовесок с тошнотой.
- Тогда нам нельзя здесь оставаться, я помогу тебе встать, только не бойся, вот так, потихоньку - Глеб положил ей руки на плечи, немедленно почувствовав протестую дрожь, и похвалил себя, что сразу не кинулся на нее с объятиями.
Он боялся подумать, насколько далеко успел зайти тот подонок, утешал себя, что ему просто бы не хватило времени. С его помощью, девушке удалось встать на трясущиеся ноги. Мужчина постоянно соображал и прикидывал, плохо что на врачей на согласилась, тащить ее в кабинет не вариант, надо выводить из здания и везти домой. Одну он ее точно не оставит.
Всю дорогу они вдвоем притворялись, что Елена идет сама. Она действительно переставляла ноги, но практически на них не опиралась, весь ее вес принимал на себя Глеб. Мужчине гораздо легче понести ее на руках. Не вариант. Во-первых, они привлекут нежелательное внимание. Не смотря на случившееся, по Елене мало что заметно, пока она кутается в свою безразмерную верхнюю одежду. Девушке всегда нравились объемные вещи на холода, словно дополнительные пространства ткани делали ей теплее. Сейчас она с успехом скрывала под плащом порванную одежду и травмированную шею. Во-вторых, попытка захватить ее целиком, запросто вызовет приступ паники. Так что, они не слишком быстро шагали по первому этажу. Глеб довел девушку до лифта, и они спустились на парковку, усадил ее в свой автомобиль и повез. Елена продолжала кашлять, не так громко и совершенно неостановимо, гортань раздирало изнутри, она не могла смочить рот ничтожным количеством слюны, больше организм отказывался вырабатывать. Глеб пошарил на полке между сиденьями, извлек маленькую бутылку воды и сунул ей в область колен, мельком отвлекаясь от дороги.
Елена заметила сбитые до крови костяшки на его руке, снова вздрогнув. Ободранная кожа и запекшиеся ранки окунули ее заново в прожитое буквально час назад. Ее чуть не изнасиловали, сама она бы не справилась и корчилась бы там в подсобке. Может Виталий бы еще не закончил над ней издеваться. Хороший парень, ни малейшей фальши, никаких теней на дне зрачков, ничего, что бы заранее подсказало. Она бы никогда на него не подумала. Он ей казался максимально безопасным, недотепой, неуклюжим маминым плюшевым мишкой. Как верить людям?
Оказавшись в квартире Глеба, девушка искреннее удивилась и растеряно заперлась от него в ванной комнате. Она ожидала увидеть собственный съемный уголок, и мечтала спрятаться там, как в убежище. Елена подошла к раковине, долго регулировала воду до нужной температуры, оставила воду включенной, уставившись на себя в зеркало. У нее осунулось лицо, черты заострились, будто у человека, внезапно столкнувшимся с огромным горем. Нормально, разве немного бледная, макияж потек не критично, глаза припухли и покраснели, хотя она не помнила, что плакала. Зато стоило посмотреть чуть ниже и открывалось настоящее зрелище, вся ее шея от подбородка до ключиц покрыта кровоподтеками самых разных цветов, черных в основном. Изнасилованием могло не обойтись. От хороших парней ее навсегда отшептало. Елена умылась, осмотрела одежду, замечая новые прорехи и потери, ей придется выкинуть все целиком. Она четко понимала, надо обратиться в милицию и ей не хватало смелости. Ей не по силам пройти официальный ад разбирательства, тем более своей цели Виталий не достиг и, получается, ничего не было. Девушка вздохнула, застегнула плащ на каждый крючок, вышла к Глебу.
- Пожалуйста, отвези меня домой, - сказала она вскочившему с дивана ей навстречу мужчине.
- Тебе лучше не быть одной, - обеспокоенно запротестовал Глеб.
- Я хочу домой, - твердо повторила девушка. – Мне сейчас в такси никак, сам понимаешь.
- Какое такси, ты что? – возмутился Глеб, понимая выбора ему не оставили. – Хорошо, поехали.