Глеб себя не берег, работал не жалея сил, вспахивая и возделывая ее, словно древний землепашец целину, мускулы бугрились, прокатывали волной по плечам и спине, бедра подавались вперед и на поджимающихся ягодицах появлялись глубокие ямочки, жаль не существует удобной позы, чтобы Елена смогла их лицезреть. Трудно объяснить, пожалуй, говоря об интимной сфере жизни, несмотря на несколько лет довольно удачного брака, впервые она ощущала себя в центре событий. Полноправной участницей. Желанным призом. Юной богиней, пленённой слишком ярым последователем, возносящим молитву всем существом. Ее вскрики превратились в учащающиеся, протяжные, громкие стоны. Она выгнулась еще круче, благодарная за мастерство мебельщика, выдумавшего настолько удобную поддержку для спины. Раскинула ноги, предоставляя максимальный доступ к себе, она не занималась гимнастикой профессионально, но посещала секцию и растяжки хватало. Впилась пальцами в его спину, обхватив руками с обеих сторон, чувствуя рисовку его мышц наощупь.
Им повезло, они сразу сошлись и смогли достичь пика вместе. Елена крикнула погромче, и обхватила его покрепче мышцами изнутри, потянув следом за собой. Глеб не отвалился от нее сыто, продолжая погружаться еще не опавшим членом, теперь медленно и лениво, выбирая удовольствие до самой последней крупинки пороха от минувшего фейерверка, заставляя их загораться и вспыхивать. Потом они долго целовались.
Глава 34. Сближение
Елена не почувствовала холодка от Глеба после секса, не испарившаяся после оргазма близость, позволяла разлиться и укорениться спокойствию, можно было попробовать начать доверять. Девушка расслабилась, разнежилась, ей захотелось ластиться и продолжить соблазнять. Она не успела выяснить, что при игровой есть ванная комната, вернее большая душевая. Купание быстро превратилось в взаимное изучение тел, совсем недавно они слишком увлеклись возбуждением и пропустили многие увлекательные детали. Глеб решительно отобрал у Елены право на автономность, отнял у нее небольшое намыленное полотенце, начал сам водить им по ее телу, через минуту недовольно фыркнул, бросил ткань в сторону полок, уставленных бутыльками, не попал. Мужчина плеснул себе геля прямо на ладони и начал ими растирать тело девушки. Елена упускала сдержанные смешки, сговорчиво поворачиваясь и подставляя под его руки округлости с разных сторон. Глеб не каменный, хотя начал вполне определенно каменеть в одном определенном месте. Его руки обрели собственную волю, обхватили женские груди с затвердевшими сосками, ведь даже теплая вода, льющаяся на них сверху, не могла помочь им расправиться. Кисти естественным образом сложились в удобные чашечки, удерживая полушария. Глеб коротко глухо застонал, отпустил ее, рывком повернул к себе попкой, прижав к своей груди, правой рукой нырнув между девичьих ног, скользя по половым губам, тщетно имитируя мытье. В хорошенькую попку Елены уткнулась твердая палка, вполне впечатляющего размера.
Девушка поддавалась, но вполне справедливо полагала, что ей тоже полагается порция сладостей. Она из тех, которым нравятся крупные, подкаченные мужики. Глеб выглядел вполне в ее вкусе. Смотреть недостаточно, нужно трогать. Она без ума от мужчин. Ее привлекает их самоуверенность, напор и физическая сила. Она перестала безоговорочно верить в обещания сильного пола порешать проблемы, но громкие заявления до сих пор ее восхищают и заставляют обращать внимание. Ей не нужно объяснять, как вычислять лучшую геометрию двух треугольников мужской фигуры. Один от прямого разлета плеч, остриём вниз до узких бедер, через площадь широкой грудной клетки, линии косых мышц живота, кубиков пресса. Другой острием вверх, отмеченный строгой линией волос в паху по мужскому типу и гордо вздымающимся членом. Ее будоражили крупные вены, проступающие на кистях, предплечьях и стволе. Она испытывала приступ жажды, каждый раз сталкиваясь с разницей в размерах между женщиной и мужчиной. Ее влек запах чистого мужского тела, сдобренного маленькой толикой дорогого парфюма.