- Посмотри на себя, - тоном не терпящем неповиновения повел Глеб, подхватив ее за подбородок и насильно поворачивая к зеркалу. – Сразу видно, что моя.
Елена пробежалась по своей фигуре, отражающейся в зеркале, отдельно остановившись на ремнях, украшающих ее обнаженную кожу, потом переключилась на картину целиком. Глеб возвышается над ней, вальяжно расставив ноги, практически затянув ее между ними. Не сложно угадать чего именно он хочет. Девушка поколебалась пару секунд. Оставить инициативу полностью в его руках или продемонстрировать собственное желание? Глеб ей нравился. Она выбрала потешить его мужское эго. Высунула изо рта язычок, запрокинула голову, улеглась затылком ему на пах, немедленно почувствовав твердое, приглашающе облизнулась.
Глеб зашипел сквозь крепко сцепленные зубы. Снова поднял ее, пересаживая к себе лицом, удовлетворенно подмечая, как девушка бросает скользящий, едва уловимый взгляд в зеркало. Подглядывает за ними. В основном девушка продолжала держать долгие, проникновенные взгляды глаза в глаза, на другое отвлекаясь на секунду, не дольше. И ничего больше сама не делала, будто недавняя провокация Глебу почудилась.
- Хочешь… пососать? – вкрадчиво предложил мужчина, сделав небольшую паузу между словами, словно не решался произнести второе слово.
Он сам справился с ширинкой, приспустил белье. Ему всегда нравилось, когда нижняя полностью обнажена, а он полностью одет. Иерархия выстраивается многими вещами и положениями. Власть над голым человеком чувствуется острее. Глеб провел рукой по своему напряженному стволу, окончательно обнажая головку, рефлекторно подался бедрами вперед, по направлению к Елене. Он словно предлагал ей посмотреть на свое достоинство, оценить, восхититься.
Елена ничего не сказала в ответ, прервала зрительный контакт с ним, уставившись на предложенное, острый язычок снова показался, скользнул по пухлым губам. Глеб издал слабый, сдающийся стон, наклонился и впился в ее рот своим, толкался внутрь языком, имитируя частые, напористые фрикции. Никакого сопротивления, рот приглашающе открыт. И когда он закончил с поцелуем, запустил пальцы в ее волосы, собрав пучок в кулак на затылке, потянул к себе, она откликнулась.
Девушка никогда прежде не обходилась без рук, удовлетворяя мужчину ртом. Она ласкала таким образом исключительно мужа. Глеб бы не поверил, узнай, что является ее вторым партнером за всю жизнь. Неловкие барахтанья с Виталием, и игры без настоящего проникновения с Максимом не в счет. Она настроена на нежный секс, боясь доставить Глебу хоть малейший дискомфорт, обволокла его плоть влажной и теплой лаской, потянула в себя. Капризный Игорь обижался на любое случайное соприкосновение с зубами, интенсивный минет он тоже не любил, слишком быстро заканчивалось. Глеб привык совсем иначе, но пока позволял ей определиться самой, приноровиться, прежде чем выдвигать свои требования. Она не торопилась, но брала хорошо, не прошло и пары минут, как пропустила в горло, сглотнула, даря ему ощущение крепкого обжатия прямо на головке.
Он вытерпел сколько способен, перебрал пальцами, сначала отпустив волосы, проведя по ним, выпустил длину, ловко обматывая пряди вокруг ладони и снова сжал кулак, зафиксировал накрепко.
- Я сам буду двигаться, - задыхающимся от страсти голосом сообщил Глеб. – Держи рот открытым и расслабься.
Елена подчинилась, доверчиво вскинув на него глаза. Дальше было жестко. Глеб сдержал обещание, делал все сам. Он скорее удерживал Елену на месте, не давая ей сдвинуться, резко работал бедрами, взяв быстрый темп и еще ускоряясь. У девушки через минуту выступили слезы на глазах, насколько бы у нее не получалось принимать, она давилась и захлебывалась слюной.
Общество сбросило оковы сексуальных запретов, в оральных ласках нет ничего необычного, они часто не принимаются всерьез, точнее не за настоящий секс. Но доминантные мужчины знают, минет – это власть, когда в твоих руках буквально свободное дыхание партнерши. Глеб кайфовал от осознания своего положения над Еленой, физические ощущения подкрепляли его удовольствие. Он чувствовал долго не выдержит, и начал вводить на полную, упираясь головкой в заднюю стенку горла, медля вынимать. Отдельные капли слез превратились в постоянные полноводные дорожки. Мужчине удавалось контролировать себя настолько, чтобы вовремя вытаскивать. Кончил он, войдя очень глубоко. Елена не могла бы сплюнуть, если бы даже захотела, проглотила полную порцию, под торжествующий глухой вскрик сверху.