— Ты знаешь, кто я, Стэн, — утверждает Торговец ледяным голосом. — Репутация опережает меня. И должен был слышать, что случалось с клиентами, которые пытались обмануть меня. — Больше соплей. — И они выплатили долг, — произносит Дес зловеще. — Перед тем, как сдохнуть, выплатили.
Ох, дерьмо.
Стэн ревёт громче, и когда я оборачиваюсь к нему через плечо, в ноздре образуется сопливый пузырь. Это просто нереально.
— Пожалуйста, — умоляет он вяло, — пожалуйста. У меня… У меня семья. У меня…
Может, это и надувная сопля, может, факт того, что этот взрослый придурок трусливей некуда, или, возможно, из-за того, что я сижу в пропахшей машине и не могу спокойно есть макарони, но этот мужик конкретно портит мне всю ночь и всё усложняет. Я даю волю сирене, мягкое свечение пробегается по коже, когда я оборачиваюсь к Стэну.
— Ангелочек… — предупреждает Дес.
Слишком поздно.
— Выполни клятву перед Торговцем и скажи ему то, что он хочет, — командую я, завораживая клиента Деса. — Сейчас же.
Несколько секунд Стэн тратит на борьбу с голосом, но тот всё-таки предаёт его.
— Они называют его Похитителем душ. Я не знаю настоящего имени или имён людей, которые выполняют грязную работу за него, — говорит он сквозь слёзы. Торговец поджимает губы в тонкую, злобную линию. — У него много обличий, и ни одно не подлинное… — его голос обрывается всхлипами. И где-то среди них я слышу — Сука.
Дес останавливает машину. Через мгновение выходит из машины, вытаскивает Стэна за волосы и тащит его в темноту, скрываясь тенями, словно плащом. Я слышу визг Стэна и мясистые звуки — удар плоти о плоть. Затем и они отдаляются. Наконец, наступает тишина. Просидев вот так несколько минут, я наполовину убеждена, что Торговец забыл про меня.
Но затем, словно из ниоткуда, Дес приземляется у машины с пассажирской стороны, потирая костяшки.
— Ты летал! — говорю я, пораженная. Бог знает, что он сделал со Стэном, но я не собираюсь акцентировать на этом внимание.
Торговец не убил бы его. Так ведь?
Дес никак не реагирует, и когда подходит ближе, я осознаю, что он зол.
Открыв дверь, он вытаскивает меня и прижимает к себе.
— Никогда так больше не делай, ангелочек, — его грудь вздымается. — Никогда.
Он про чары?
— Но я помогла тебе, — возражаю я.
Он сжимает мои руки, мускул на его щеке напрягся.
— Ты повесила себе чёртову мишень на спину.
Я всё ещё не понимаю.
— Я сделала то же самое, что и в Венеции.
— Что также было проблематичным, — поясняет он, — но это был другой случай. Ты заставила говорить человека, который был готов умереть за молчание. — Его слова витают в воздухе.
Парень был готов умереть за молчание.
Осколки страха собираются в единое целое. Я никогда не воспринимала сделки Деса всерьёз. Доказательство этому висит на запястье. Для меня они всегда были играми. Мрачными, жестокими, но играми, тем не менее. А игры не реальны. Но эта реальна, и из-за того, что я вмешалась, возможно, погубила чью-то жизнь… ну, в большей степени, чем она уже была загублена.
Дес стискивает зубы.
— Как много девушек могут зачаровывать кого-то? Просто подумай об этом на секундочку. — Я не знаю. Он наклоняется ближе. — Ничтожное количество, — он прищуривается. — Ты знаешь, что произойдет, если кто-то придёт за ним? А если этот кто-то не хотел, чтобы Стэн вообще трепался о чём-то? Они будут пытать его, и какая у Стэна будет причина не выдавать тебя? Да он быстрее завизжит, и затем, тот, кого он так боялся, придёт по твою душу.
Господи Боже.
— Я могу заставить его забыть, — говорю я, повышая голос. — Просто притащи его обратно. — Я таращусь через плечо Деса в темень.
— Заставив его забыть, ты не изменишь ситуацию, — произносит Торговец. — Если злобные существа заинтересованы, могут почувствовать твои чары даже без помощи памяти Стэна. И могут, при желании, проследить по ним тебя.
Меня начинает тошнить. Не только от себя, но и от мысли, что моя навязчивость поимела Стэна вместе с Десом. Прикол в том, что я хотела впечатлить этим Торговца… заставить его гордиться мной. Доказать, что могу быть полезной. Я судорожно выдыхаю.
— Мне жаль, — говорю я тихо.
Дес смотрит мне в глаза, и его гнев понемногу утихает. Торговец притягивает меня к себе и обнимает.
— Это не твоя вина, — произносит он истощенно. — Мне не стоило втягивать тебя в это. Я был дураком, что вообще позволил тебе убедить себя.
Я напрягаюсь. Как прискорбно это не звучит, мне нравится проводить с ним время.
— Но я хочу путешествовать вместе с тобой, — заявляю я.