— Всё хорошо, ангелочек. Его нет, ты в безопасности.
Так я и уснула, заключённая в крепкие объятия Десмонда Флинна, одного из самых страшных, опасных людей в сверхъестественном мире. И он прав. В его руках, я чувствую себя в полной безопасности.
Наши дни
Вернувшись в комнату Деса в Потустороннем мире, я принимаюсь ходить взад-вперёд; юбка развивается позади меня.
«Он идёт за тобой».
«Похититель душ».
Дес предупреждал, что ситуация ухудшится, но я не понимала насколько.
— Эти спящие женщины делали так прежде? — спрашиваю я, оглядываясь на Деса.
Король фейри, сидящий на боковом кресле, сложив руки домиком у губ, смотрит на меня.
— Нет.
Он даже не пытается увильнуть от вопроса, как обычно любит делать.
— И ты слышал всё, что они сказали?
— Ты имеешь в виду их экспромт в поэзии? — произносит он. — Да, слышал.
Дес был нехарактерно мрачным с тех пор, как мы покинули комнату со спящими воинами. Крылья исчезли только несколько минут назад, но я-то его слишком хорошо знаю, чтобы верить в безразличие к услышанному.
Просто он лучше меня прячет эмоции.
— Сначала дети, а потом это, — произносит он, подаваясь вперёд, отчего скрипит кресло. — Видимо, враг проникся симпатией к тебе. Вспышка ярости касается серебристых глаз. А мной вновь овладевает паника. Торговец встаёт, мрак вьётся вокруг него, придавая грозный вид. Кованая корона и воинские браслеты лишь добавляют страха. Он подходит ко мне и проводит пальцем по моему подбородку. — Скажи, ангелочек, — говорит он, приподнимая мою голову, чтобы я посмотрела прямо в серебристые глаза, взгляд которых почти одичавший, — ты знаешь, что я делаю с врагами, которые угрожают всему, что принадлежит мне? — Он имеет в виду меня? Не могу ни понять, ни сказать, к чему ведет Дес. Он наклоняется ближе к моему уху. — Убиваю их, — Десмонд отстраняется, чтобы вновь взглянуть мне в глаза. — Не церемонясь. — От таких слов руки начинают дрожать. — Иногда я скармливаю врагов существам, чья помощь мне необходима, — продолжает он. — Иногда, даю королевским убийцам оттачивать навыки на них. Или же позволяю врагам думать, что они избежали моего наказания только, чтобы заново поймать их и заставить страдать… и как они страдают. Темнота скрывает многое. — Меня пугает, когда Дес становится таким. Когда проявляется его потусторонняя жестокость.
— Зачем ты мне говоришь об этом? — спрашиваю я тихо.
Он всё ещё пристально смотрит мне в глаза.
— Я — самое страшное существо в этом мире. И если что-то или кто-то попытается хоть коснуться тебя, будет иметь дело со мной.
Последующие несколько дней Дес проводит в Потустороннем мире, занимаясь королевскими делами, пока я пребываю в его доме на острове Каталины. Он звал меня с собой, но, эм, да, мне пока что лучше быть по эту сторону лей-линий. Я прочитала некоторые заметки Деса, которые во многом повторяют то, что он уже сказал мне. В них упоминаются человеческие слуги с синяками и испуганными глазами, феи, которые погружаются в глубокий сон после того, как понянчатся со странными детьми, и люди, которые предпочли смерть, а не ответить на вопросы Деса. Все тайны ведут по одной тропе печали, погрязшей в разрушениях. Когда я не читаю заметки, то исследую остров или же рассматриваю дом Деса. Прямо сейчас, занимаюсь последним.
Я ступаю в комнату Торговца и включаю свет, скользя взглядом по рисункам, висящим на стене, к металлической модели солнечной системы и барной стойке. Мне было любопытно, почему Дес не хотел, чтобы я видела его комнату, когда впервые показывал мне дом. Тут нет ничего особенного.
Я подхожу к комоду и открываю ящики один за другим. Внутри каждого лежат стопки аккуратно сложенных футболок и брюк. Могучий Король Ночи хранит одежду, как и все смертные. Я задвигаю последний ящик и продвигаюсь вглубь комнаты, не видя больше ничего, где можно ещё покопаться. Серьёзно, это одна из самых спартанских комнат, с которыми я сталкивалась, а сужу я по тому, что видела во время слежки по работе.
Взгляд падает на одну из прикроватных тумбочек. Помимо лампы на ней лежало кожаное, с переплетом, портфолио. Я помню, что Дес любил делать эскизы; я даже однажды купила ему альбом для зарисовок.
Я подхожу к тумбочке и опускаю руку на мягкую обложку. Но мешкаю. Ведь это личное… по сути, дневник Деса. Но он никогда не показывал своих работ.