- Надо присмотреться к нему. Хороший парень. Правильный. Всю жизнь посылает ваш Закон в жопу. Что-то в этом есть, - засмеялась Айсара весело, в голос.
глава 7
Аделаида с Айсарой и Наташей стояли у ворот штольни в ожидании такси.
- Дель, - дернула за руку Наташа, - Я уже соскучилась. И по Лари. И по Наташе. И даже по Платону…. Давай деда оставим здесь и полетим домой одни…. Его нет, как нет. Снова заблудился в своих пещерах. А ты не скучай, - подошла она к Айсаре, - Я тебе каждый день звонить буду. Сейчас дед придет, мы его телефон тебе отдадим.
- А зеркальца…?
- Я их здесь оставила. Разобью еще нечаянно. Я когда вернусь, буду с ними дружить. Разговаривать. Забавные они у тебя. И пожалуй не поеду я учиться в Шари-Вари. Дед говорит – все равно меня туда не примут, у меня дисциплина хромает. Я к тебе приеду учиться. Будешь меня учить?
Айсара присела, обнимая Наташу.
- Конечно.
Та крепко обняла ее в ответ.
- Не бойся. Я тебя не брошу, сестра, - шептала Наташа Айсаре на ухо.
- Где-то я уже встречал эту женщину. Что вас провожала, - Михаил вырулил с грунтовой дороги на асфальт, теперь можно было расслабиться и обмолвиться словом.
- Не исключено, - нехотя поддержала разговор Аделаида, – Может где в городе её подвозил. Она местная. Из областного центра.
- Может быть. Я столько людей подвозил. Всех не упомнишь, - Михаил помолчал, - А здесь она что делает?
- Сказки собирает. Истории разные. Этнограф она.
- Ага, понятно. У Алдыгея много сказок есть. Однако, - передразнил он Цырена, - А вы как с ней знакомы?
- За дорогой следи, - зло бормотнула Аделаида, - Нам еще в столицу живыми долететь надо….
- Я ему немного подтерла память, - усаживаясь в удобное кресло, возле окна самолета, сообщила Таляну Аделаида, - А то много знает. Любознательный больно. Меньше знаешь, лучше спишь.
Талян понимающе кивнул.
- Дель, а как это вот так, память стереть? Ты меня научишь? – подхватила разговор Наташа, усаживаясь в среднее кресло.
- Конечно научу. Вот только взлетим.
Через полчаса Аделаида мучительно пыталась объяснить девочке, что такое «белый шум».
- Ну это как в кино. Идет-идет пленка, потом бац, и обрыв. Белый экран. Потом снова заряжают, и снова показывают.
- Аха, - непонимающе кивала Наташа, - А кто заряжает?
- Таль, ну ты ей объясни…!
- Да не знает она, что такое пленка. Это до неё было. Сейчас всё цифра, - и обратился к Наташе, - Это вот когда ты по телику смотришь канал, и вдруг пропадает сигнал, и экран стал белым….
- Так я на другой канал переключусь.
- В жизни так не бывает. Жизнь – это твой единственный канал. И течет она последовательно, как по ниточке, эпизод за эпизодом. И фиксируется в памяти. А потом в памяти человека, в его воспоминаниях, по этой самой ниточке, ты находишь нужный тебе эпизод, и в этот отрезок вставляешь вместо них «белый шум».
- Нет. Накладываешь на них «белый шум». В памяти ничего не стираешь, - поправила Аделаида, - Можешь нечаянно стереть насовсем чего не надо. Если приложить усилия, то человек может восстановить это место. Или экстрасенсы могут убрать эти белые заплаты на памяти. Но кому из людей это надо?
- А, ясно. «Белый шум» это просто белая картинка. На ней ничего не происходит. Я кино про бандитов видела. Там на запись с камеры накладывают картинку….
- Правильно, - поддакнул утвердительно Талян, - Только вместо картинки чисто. И шшшш…, шумит, как будто сигнал пропал.
- А еще лучше, когда два наложения делаешь, когда на «белый шум» деньги накладываешь. Одни руки, считающие купюры. Люди любят такое. Обо всем забывают.
- А как можно в голову к другому залезть?
- Это тебе Аделаида потом расскажет….
В столичном аэропорту ждали пересадки. Наташа стояла коленками на креслах около окна и смотрела на взлетающие самолеты. Вдруг она произнесла:
- Дель, давай пока не полетим. Давай опоздаем на самолет….
- Тогда мы еще полдня здесь просидим. А что случилось?
- Вот над тем самолетом сучности кружат. Много. Прямо туча. Давай подождем, пока они улетят. Я боюсь….
- Что случилось? Что за капризы? – спросил подошедший Талян.
- Таль, сдавай билеты. Или перерегистрируй на следующий рейс. Это не капризы. Это серьезно. Давай срочно, пока билеты не пропали. Потом объясню.
Девочка долго, без отрыва, смотрела на самолет, на который она показала пальцем. Объявили посадку. Талян вернулся с новыми билетами.
- Уф, еле успел. А что, собственно говоря, случилось?
- Таль, у тебя турбины, у девочки сучности…, а ччерт… ну ты понял.
- Дель, не ругайся. Ася сказала только в особых случаях, - Наташа неотрывно смотрела на самолет, стоящий на посадке у терминала.