— Хорошо, идем. Только оденься потеплее. Сегодня холодно.
— Может, и Лизу с нами позвать? Интересно же, как она в медвежьем обличье выглядит? — Я выдавила слабую улыбку.
Кто знает, может, я и правда вижу всех их в последний раз?
— Тогда и Раду можно с нами взять, если ты не против. Она на лыжах покатается. Или на снегоходе? — предложил Яр.
— Не против. У нас настоящая спонтанная ночная прогулка получится.
Удивительно, но впервые за все время мне немного полегчало. Мне очень нужен был позитивный настрой, чтобы действовать завтра решительно.
Девочки, взбудораженные моим предложением, с радостью согласились. Шагая по тропинке к охотничьему домику, спрятанному в лесу, неподалеку от мы почти весело болтали и смеялись. Лизка заявила, что так и так собиралась сегодня побегать. Природа, мол, требует.
— Потому ты столько трескаешь в последнее время? Природа требует? — не удержалась и поддела ее я.
Как ни странно, Лиза только кивнула, а Яр пояснил:
— Она совсем недавно обернулась. Организм еще тратит на оборот излишне много энергии, вот и хочется есть постоянно. Я тоже в свое время жрал, как не в себя. Кстати, Лиза, а ты охотишься?
Сестра покраснела и отрицательно мотнула головой.
— Ха! Пацифистка! — поддел ее Яр. — Косулю задери и полегчает, или зайца какого.
— Не хочу! — буркнула Лизка.
— Надо! — настоял Ярослав. — Даже необходимо, уж поверь.
— Яр, избавь нас от этих подробностей, а! Мы с Верой хотим видеть в вас милых пушистиков, а не хищных зверей с окровавленными мордами. Не рушьте ваш сказочный облик в нашем воображении.
Я была с ней согласна.
— Ладно-ладно. Больше не буду. — Яр рассмеялся. — Лиза, ты первая. Рада, лыжи? Снегоход?
— Снегоход. Я на лыжах за вами не поспею, — тут же отозвалась подруга и свернула за угол, где парковалась техника.
Яр пошел за ней, видимо, давая Лизе время раздеться, и вскоре я услышала шумное дыхание и какое-то кряхтение.
— Вера, не пугайся, это Лиза.
Рада указала на угол дома, из-за которого торчала медвежья голова.
— О-фи-геть… Здоровенная! Ужас просто! — выдохнула я и, спохватившись, спросила у Яра: — Она же нас понимает?
Медведица возмущенно заревела и поднялась на дыбы, дотянувшись головой до ската крыши.
Яр рассмеялся.
— Конечно, понимает! Только сказать ничего не может.
— Ой…
Выходит, и Ярослав тоже все понимал, когда я просила его перегрызть мне горло по быстренькому… Жесть…
Я повернулась и обняла его за талию. Прижалась.
— Ты чего? Испугалась? — неверно понял меня он. — Давай, тогда тоже покатаемся на снегоходе. Будешь меня обнимать…
— Нет. Просто вспомнила, что говорила тебе, когда первый раз увидела тебя-волка.
— Зато потом ты сказала, что меня любишь.
— Я думала, что ты мне снишься! — возмутилась я.
— Ну вот…
Ярослав скорчил грустную рожицу, и я поспешила исправиться. Да и когда, если не сейчас?
— Но я и правда тебя люблю, Яр.
Глаза любимого полыхнули расплавленным золотом.
— Я тоже тебя люблю, моя Вера.
Он наклонился и поцеловал меня. Его губы были такими теплыми и нежными. Настойчивыми. У меня голова закружилась от этого поцелуя, и внутри все перевернулось от мысли, что возможно, мы делаем это в последний раз…
— Ну, мы тогда пойдем, наверное, — пробормотала Рада. — Да, Лиз?
— Погодите! — спохватилась я и, оторвавшись от Ярослава, храбро направилась прямо к медведице. — Я еще тебя не погладила.
Лизка издала такой странный звук, будто бы вуки из «Звездных Войн». И почему-то я поняла, что она не слишком то хочет, чтобы ее гладили.
— Ничего-ничего. Не каждый день тебя сестра няшит, — сказала я, хватаясь за шерсть по обеим сторонам огромной морды. — Утю-тю-тю!
Медведица фыркнула, обдав меня какими-то брызгами, и я отпрянула брезгливо морщась.
— Что это? Это что сейчас было? Слюни, да?
Лизка ударила о землю лапой, активно кивая. Кажется, она веселилась.
— Ну все. Дуйте вперед по дороге, а мы вас скоро догоним, — Яр недвусмысленно намекнул, что желает остаться со мной вдвоем.
Он потер мне раскрасневшиеся на морозе щеки и спросил:
— Желаешь посмотреть?
Я смутилась, но кивнула. Желаю. Да! Я желаю! Может, мне и осталось что только на тебя посмотреть, любимый.
С колотящимся сердцем я заходила в охотничий домик вслед за Яром. Он не пошел далеко. Остановился в большой гостиной. И не торопясь принялся раздеваться. Я глядела на него, прикусив губу, а в низу живота разливался тягучий жар.
Ярослав, не сводя с меня немигающего взгляда, стянул футболку и отбросил на диван. Я сглотнула, любуясь крепкими мускулами и кубиками на прессе. Проследила взглядом дорожку волос, убегающую от пупка за пояс штанов в стиле милитари.