— Степа, ты? — раздался женский голос откуда-то из-за коробок.
— Угу, — буркнула я, засовывая в карман шоколадки и зажигалки.
Воду я брать передумала, оставив ее в корзинке. Туда же бросила пятьсот рублей — самое мелкое, что у меня было из наличности.
— Ты на кой так надушился, дурындер?! Знаешь же, что у меня аллергия! — возмутилась невидимая мне женщина. — От твоей вони покупатели жалобы писать начнут. Вот же остолоп, прости господи. — И без перехода: — Принес, что я просила?
Я не стала отвечать, а изо всех сил потянула мощную щеколду, на которую был заперт склад изнутри. На мое счастье, она поддалась. Я толкнула тяжелую железную дверь, и ослепительный белый свет ударил мне по глазам. Перехватило дыхание от мороза — я оказалась на улице!
Почти бегом я пересекла задний двор торгового центра: мимо сновали мужчины в поношенной одежде, один помогал заезжать здоровенной фуре. Дорога сильно сузилась из-за сугробов, и пробираться ей приходилось с трудом.
Я нетерпеливо подождала, пока она освободит проезд и выскочила за территорию. Вспоминая заранее распланированный маршрут, быстро сориентировалась и кинулась в ближайший переулок, изо всех сил надеясь, что карту местных подворотен и улочек запомнила правильно.
Через несколько минут в проеме между домами появилась стеклянная остановка с обогревом, к которой подползал нужный мне рейсовый автобус. Времени на раздумья не было. Пришлось пробежаться, чтобы успеть. В самый последний момент я запрыгнула в задние двери за секунду до того, как они захлопнулись.
Не веря своей удаче, села на последнее сиденье и, натянув шапку по самые глаза, внимательно осмотрела салон автобуса. Две бабульки, громко о чем-то спорящие, один парень, похожий на студента-прогульщика и храпящий, похоже, нетрезвый, мужик, амбре от которого перебивало даже мой убойный одеколон, — вот и весь контингент. И все. Вроде бы никаких волков.
Я проверила в сумочке через плечо паспорт, немного обналиченных денег — пять тысяч, от которых отказалась продавщица в магазине стали приятным бонусом. Я достала их и незаметно сунула в карман толстовки под курткой.
Затем проверила распечатанный билет на автобус до Ишима и сверилась с электронными часами на табло в автобусе. До его отправления оставалось всего семь минут, и меня затрясло от нетерпения. Еще бы чуть-чуть, и я опоздала.
Ехать было недалеко — всего-то две остановки. Можно было дойти пешком, но это заняло бы куда больше времени из-за моста, который не располагал к пешим прогулкам в подобное время.
Рейсовый автобус сделал поворот и остановился как раз у той самой привокзальной площади, куда я приехала каких-то четыре месяца назад…
Я выскочила из автобуса и, не замечая холодного пронизывающего ветра, кинулась к стоявшим в стороне междугородним автобусам. Их было не так много, так что я мгновенно нашла нужный.
Сердце колотилось как бешеное, когда я заняла свое место в салоне. До жути хотелось расслабиться, сбросить это тягостное изматывающее напряжение в каждой клеточке моего тела, которое не позволяло мне сделать даже банальный глубокий вдох.
Теперь, когда я преодолела первый этап пути, и дальше от меня почти ничего не зависело, оставалось только рефлексировать.
Судя по тому, что за мной вроде бы никто не гнался, мой побег оказался неожиданным и для наших охранников. Я не сомневалась в том, что меня уже ищут.
Как там Рада? Надеюсь, ее не слишком сильно накажут. Я обязательно попрошу прощения у Сибирских, как только смогу. Мне кажется, они меня поймут. У них такая крепкая семья. Они все любят друг друга. Они обязательно меня поймут…
Господи, хоть бы все получилось так, как я спланировала!
С момента моего побега из ТЦ прошло каких-то пятнадцать минут. Еще три, и этот чертов автобус закроет двери и тронется наконец-таки в нужном мне направлении…
— Доброе утро! — громкий мужской голос заставил меня вздрогнуть и сильнее вжаться в сиденье.
— Здорово, Колян! — водитель заметно оживился, подавая руку крепкому молодому человеку с чуть раскосыми глазами. — Как мать, давно не видел ее.
— Да нормально все. Болела тут… А сейчас ниче вроде.
Парень окинул взглядом салон и втянул ноздрями воздух. Я тихонько сползла по сиденью вниз. Оборотень! Он точно оборотень! И водитель, наверняка, тоже!
еперь каждый человек в салоне вызывал у меня подозрение.
Пару раз шмыгнув носом, парень вытащил не слишком свежий носовой платок и звучно высморкался. А затем поморщился, шаря глазами по салону. Наверняка учуял запах моего парфюма. Но так и не определив источник зловония, он продолжил разговор с водителем: