Предчувствие меня не обмануло. Что-то случится этим вечером. Наверняка что-то плохое!
— Эрик, что ты делаешь? — взвизгнула мама, когда отец схватил ее за плечи, поднимая со стула.
— Стой смирно, я должен поставить тебе метку. Ты станешь моей по законам стаи, и никто не посмеет забрать тебя из этого дома.
— Не надо! Нет!
Мама попыталась отбиваться, да только куда ей против оборотня.
— Прекрати!
Я швырнула в отца вилкой, но она отскочила и со звоном ударилась о пол. Протесты мгновенно сменились криком боли. Отец отпустил маму, и она упала на стул. Позабыв о ней, Бергман размашисто зашагал к выходу.
Побледневшая мама провожала его взглядом, прижимая ладонь к шее. Немой вопрос «За что?» и огни свечей отражались в ее наполненных слезами глазах. Сбросив оцепенение, я обогнула стол и подскочила к ней.
— Ты как? Что он сделал?
Мама медленно убрала дрожащую руку, и я увидела окровавленный след укуса на ее шее. Я всхлипнула.
— Урод! Какой же урод!
— Сделаю пластическую операцию. И следа не останется, — сказала мама, взяв себя в руки.
Она притянула меня к себе, и я ощутила, как она дрожит.
— Надо… Надо чем-то обработать твою рану. Он только что мясо жрал этими зубами.
— И укол от столбняка не помешал бы. Что-то мне нехорошо…— Мама постаралась улыбнуться.
— Я сейчас! Найду что-нибудь, посиди пока здесь.
Я метнулась к выходу из столовой, надеясь наткнуться там на знакомых мне бугаев, которые везде следовали за нами по пятам, но на удивление в коридоре никого не было. Надежды самостоятельно наткнуться на аптечку было мало. Оборотни на подобные повреждения и внимания не обращали.
— Инга? Кто-нибудь? — закричала я, звонко цокая каблуками по паркету в холле и озираясь по сторонам.
Как назло, нигде не было ни души. Нигде, кроме двора!
Сквозь панорамные окна я разглядела яркие огни — горящие фары! Сразу несколько автомобилей, стояли прямо у распахнутых настежь ворот, а вокруг собралась целая толпа.
— Автомобильная аптечка!
Оборотень ты или нет, а по правилам она должна быть в твоей машине. Наверняка мне выделять бинты и йод. Заодно попрошу вызвать врача.
Этой зимой мне суждено было бегать по морозу раздетой, но что поделать. Бежать за одеждой в свою комнату — пустая трата времени. Толкнув тяжелую дверь, я оказалась на улице. Туфельки тут же заскользили по мерзлым доскам крыльца. С трудом поймав равновесие, я едва успела ухватиться за перила.
— Вера! — встревоженно закричал Ярослав откуда-то из темноты, и мое сердце пропустило удар.
— Яр? Яр ты здесь? — не то пропищала я, не то просипела, борясь с комком, перекрывшим мое горло.
Только не реветь! Только не реветь!
— Здесь. Пришел, чтобы заявить на тебя права. Все это слышали?
Он вышел на свет, и только сейчас я поняла, что двор полон народу.
— Это какие же права у тебя на мою дочь, щенок? — поинтересовался вкрадчиво отец, вставая так, чтобы отрезать путь Яру.
— Вера Туманова — моя истинная пара, согласно кодексу…
— Чушь! Нет здесь никакой Тумановой Веры. Уважаемые члены Совета, девушка, которую вы видите, Вера Бергман — моя дочь. Все, можно расходиться.
Он говорил так, словно все вокруг были сумасшедшими и ничего не понимали. Стоявшие позади Ярослава люди загалдели, о чем-то бурно споря.
— Вера, иди в дом! — скомандовал отец, и в его голосе я услышала неприкрытую угрозу.
Зло зыркнув на него, я мстительно заорала:
— Помогите! Этот человек меня похитил. А еще он маньяк, он только что укусил мою маму! Посмотрите, у него и рожа до сих пор в ее крови! Вызовите скорую!
Пусть Совет видит, какая дичь тут творится.
— Уведите ее! — проревел Бергман, и ко мне подскочила уже почти родная пара бугаев.
— Идемте, госпожа. Так будет лучше для всех, — шепнул один и посмотрел таким щенячьим взглядом, что я только вздохнула.
И зачем все эти мускулы, если ему достаточно вот так посмотреть? Куда там до него знаменитому котику с просительным взглядом!
— Хорошо, но найдите чем обработать рану маме. Срочно.
— Укусил?! Что за дикость! Так уже давно никто не ставит метки, — на фоне общего гвалта возмутился женский голос. — Мы столько веков боролись за права волчиц не для этого!
— Моя мама обычный человек! У нее шрам останется! — заорала я через плечо, пока меня торопливо заносили внутрь.
Бугай решили не рисковать. Второй тут же куда-то исчез. К своему удивлению я обнаружила его в столовой рядом с мамой. Вот же быстрый!
— Потерпите немного, будет больно. Все-все… — Он принялся дуть на ранку.