— Ребята, может, хватит, а? — не выдержала я. — Ира, вот ты сама постоянно к Лизе цепляешься. Парни подначивают, а ты пытаешься добить. Это… Это какие-то нездоровые отношения в группе, не находишь?
Теперь все уставились на меня. Витька Чесноков продемонстрировал два больших пальца, и я поняла, что скоро увижу свое выступление в его видеоблоге.
Но сказать никто ничего не успел, потому что в аудиторию вошел преподаватель в сопровождении нашего куратора Лидии Ивановны. С этой высокой, статной женщиной с тонкими чертами лица и пышной копной рыжих волос я познакомилась еще в день перевода и больше ее ни разу не видела. На вид ей было лет сорок пять, и она обладала хорошо поставленным голосом.
— Внимание, студенты! — сообщила она. — С сегодняшнего дня в вашей группе новичок. Прошу любить и жаловать.
По помещению пробежала волна удивленных голосов, а куратор махнула кому-то снаружи, и в следующее мгновение в аудиторию вошел Ярослав!
Кто-то удивленно присвистнул, и повисла гробовая тишина. Под прицелом двух десятков пар глаз Сибирский подошел к моей парте.
— Привет, Златовласка. Тут свободно?
Прежде чем я смогла что-то ответить, он отодвинул стул и сел. Парта тут же показалась мне маленькой и тесной. Наши бедра и плечи соприкоснулись, да так и остались прижатыми друг к другу. Я невольно замерла, не зная, как лучше поступить: отодвинуться или сделать вид, как будто так и нужно? И то и другое казалось одинаково неловким.
— У тебя хоть тетрадь с собой есть? — поинтересовалась невпопад и, не дожидаясь ответа, полезла в сумку, где у меня всегда имелась запасная, заодно «отсоединившись» от Яра естественным образом.
Отсоединилась и тут же пожалела. Чувствовать его тепло было приятно…
«Приятно, но неуместно!», — ругнула я себя мысленно.
Не сейчас, когда за нами вся группа наблюдает и шушукается.
В том, что ребята знатно обалдели, когда Ярослав занял место рядом со мной, я даже не сомневалась.
— Яр, а ты к нам какими судьбами? Ты же вроде в Англии отучился? — поинтересовался Драч.
— Хочу второе высшее отечественное, — ответил Ярослав, коротко обернувшись.
— Молодые люди, обсудите это после уроков, — осадил их Федор Васильевич, наш преподаватель экологии, пожилой сухонький мужчина, немного сутулый и суетливый.
Он неодобрительно посмотрел на абсолютно пустой стол перед Сибирским.
— Вот, держи. — Я положила перед своим новоиспеченным соседом чистую тетрадь и запасную ручку.
Судя по взгляду, Федор Васильевич одобрил мою инициативу и попросил:
— Вера, поделитесь с новичком еще и методичкой, если вам несложно.
— Несложно, — улыбнулась я и подвинула учебник ближе к центру парты.
— Повезло же вам с соседкой, Ярослав. Обеспечила всем необходимым.
— Это точно! Настоящее золото, а не соседка, мне досталась по наследству от Рады, — согласился с ним Яр.
— Кстати, почему ваша сестра отсутствует? Надеюсь, с ней все в порядке? — поинтересовался преподаватель.
— Рада временно будет учиться дома, — огорошил всех Ярослав.
Федор Васильевич не стал уточнять причины, только щелкнул пультом, и на электронной доске отобразилась тема сегодняшнего урока: «Экологические факторы среды». Преподаватель хитро прищурился, обвел взглядом аудиторию и попросил:
— Кто назовет одно из главнейших условий существования жизни на нашей планете?
— Да будет свет! — первым среагировал Молоканцев.
Впрочем, как и всегда.
— Верно! Свет первый из важнейших факторов. Он одинаково необходим и для животных, и для растений. Свет — это источник тепла и витамина Д. Свет нужен для фотосинтеза. Вся солнечная энергия делится на видимые лучи, инфракрасные и ультрафиолетовые. Как вы, наверное, помните из физики, длина волны измеряется в микрометрах. Кто знает, сколько это?
— Одна тысячная метра, — второпях ответила Ирка.
— Одна миллионная, — поправил ее Юрка.
— Верно! — похвалил его преподаватель.
— Живой организм, как там твои ножки? Размер подошел? — тихо поинтересовался Ярослав.
Он чуть отклонил парту, чтобы удобнее было под нее заглянуть. Я едва успела схватить письменные принадлежности, которые едва не укатились, и грозно посмотрела на Яра. Он мой взгляд проигнорировал, зато прямо расцвел, увидев на мне подаренные им ботинки.
— Подошел, — шепнула я, возвращая парту на место. — Спасибо. Ботинки просто шикарные! Сколько я тебе должна?
Яр посмотрел на меня с укоризной, но тут же его губы растянулись в коварной улыбке, и я заволновалась, чувствуя подвох.