А еще спустя час:
«Ты и правда спишь, Златовласка… Приятных тебе снов, любимая. Увидимся завтра».
И сердечко…
Оттого что он написал такие слова, на глаза навернулись слезы. Впервые Яр назвал меня любимой. И оттого что я упустила возможность его обнять и забыть обо всех своих тревогах. И оттого, как сильно, оказывается, его люблю...
Ради меня Яр ночью жизнью рисковал, превышая скорость, а ведь уже зима! Скользота! А я даже не знала об этом!
— Чего зависла? — тряхнула меня за плечо Лизка. — Опять полночи с Сибирским переписывались? Вон — глаза красные!
— Угу, — кивнула я и пошла мыть чашку, старательно моргая, чтобы Лизка не поняла, что я едва не плачу от захлестнувших меня эмоций.
— О! Кажется, за нами машина пришла, — сказала сестра, уставившись в окно. — И водитель такой весь из себя… В пиджаке, с гарнитурой. Серьезный, как в кино прямо! Монументальный мужик! — поделилась впечатлениями она и заявила как-то проникновенно и одновременно горько: — Любит тебя Сибирский, Верка!
Я оглянулась и уставилась на сестру, которая словно о чем-то размечталась.
— Идем! — встрепенулась вдруг Лизка и направилась в коридор обуваться.
Я шагала вниз по ступеням за ней, в третий раз набирая сообщение Яру. Первые два я стерла, так и не решившись отправить. Пальцы дрожали. Ну а что? Я, вообще-то, впервые собиралась признаться в любви парню!
Когда мы вышли из подъезда, сестра вдруг резко остановилась, и я ткнулась в ее спину. Палец скользнул по экрану, и Ярославу ушло недописанное: «Я тоже тебя лю», а Лизка даже не пошатнулась.
— Сибирский был здесь ночью? — пробормотала она.
Я удивленно округлила глаза.
— Откуда ты знаешь?
Сестра на миг стушевалась, а потом ткнула пальцем на обочину у забора.
— Вон след от протектора. У него такой же рисунок шин. А снег с вечера шел, так что он мог оставить его, только если приезжал после снегопада.
— Обалдеть, ты наблюдательная! — восхитилась я. — Прямо Шерлок!
— Угу, — буркнула Лизка и, отдав мне честь на американский манер, первой залезла в машину.
Я поздоровалась с водителем и присоединилась к ней на заднем сиденьи. Быстренько отредактировав еще не прочитанное сообщение, сунула смартфон в сумку, но через минуту снова его достала и проверила.
Яр все еще не отвечал. Наверное, был занят. Но теперь я взяла себя в руки и запретила расстраиваться. После того, что он устроил ночью, я просто не имела права на глупые мысли. Да и, вообще, настроение взлетело до небес, так что я буквально летала.
На вторую пару мне доставили букет белых роз в корзине. Забавно, но телохранителей Сибирских пропускали в универ без проблем. Цветы принес все тот же громила, который нас сегодня утром привез в универ. Все повторилось и на следующий день. Игнорируя преподавателя все той же экономики, мне доставили свежие цветы. Тот аж покраснел от негодования, но так ничего и не сказал. И лишь когда дверь закрылась, он поинтересовался:
— Туманова, вам не кажется, что это переходит все границы?
— Извините, — прошептала я одними губами и густо покраснела.
— Идите-ка вы, Туманова, за… вазой! — ответил он и, возмущенно сопя, принялся царапать доску мелом.
— Спасибо, Игорь Владимирович, но ваза мне не нужна… — пролепетала я не подумав.
Ваза мне и правда не требовалась, Яр об этом позаботился. Но, похоже, экономист не представлял, как такие букеты устроены, потому что засопел еще сильнее и, обернувшись, хотел было что-то сказать, но его опередила Смирнова Ирка.
— Игорь Владимирович, не ругайтесь, пожалуйста, на Веру. Это я ее попросила цветы купить. Вы же знаете, что мы готовимся к празднику?
Экономист, похоже, не знал, судя по выражению лица, а староста продолжила самозабвенно врать:
— Я договорилась в одном месте, а потом все неожиданно сорвалось. Погода сами видите какая, а цветы очень нужны. Достаточного количества нигде нет, пришлось разбить доставку на два дня. Ну и вот…
Из ее сумбурной речи я мало что поняла. Да и Элина, которая сидела, слушая все это с каменным лицом, видимо, тоже обалдела.
— Что «ну и вот», Смирнова? Это значит, что можно так запросто уроки срывать?
Кажется, Игорь Владимирович был сегодня не в духе.
— Так мы и не срывали. Просто мне пришлось бы пропустить ваше занятие, и бежать с букетом по морозу. А Вера, по моей просьбе, конечно же, воспользовалась связями и сумела раздобыть цветы. Так что я это я виновата, а не она. Но вы же сами видели, какие люди работают на Сибирских… Им приказали отдать ей в руки, они и выполняют в точности.