На следующее утро он не проснулся. Отказала печень. Доля воспринял это близко к сердцу. Жалко стало мужика. К тому же это весьма пугает. Неужели его убили? Кто-то из ребят Эрика услышал их разговор в туалете и принял меры? Тогда будет серьёзный разговор по этому поводу. Ему зададут вопросы.
Доля покачал головой. Нет, это абсурд. Никто ничего не слышал. Все ушли играть в карты, а этот алкоголик просто умер. Однако что-то всё равно не давало покоя. Доля не торопился идти в одиннадцатую палату и всё думал над словами умершего. Он бесцельно шатался по коридору из палаты в туалет и обратно пока не встретил Лихого. Тот восторженно и, буквально с пеной у рта, рассказал, что в больницу поступил некто кого давно ждали. Доля глупо кивал, глядя на приобретённого здесь друга и последовал за ним в общую палату. Там уже стало понятно о ком шла речь. Матёрый боец сидел на кушетке с чашкой чая в руках и что-то оживлённо рассказывал обступившим со всех сторон мужикам. Он выглядел внушающе и угрожающе. Огромный свежий шрам по диагонали, от брови до подбородка, говорил о недавнем конфликте. Похоже, что кто-то нещадно полоснул его ножом в драке и, скорее всего, это было его последним решением, раз этот бугай жив. Доля вздрогнул, представляя это ранение на себе. Пожалуй, шрамов на голове и так предостаточно.
- Вообще дела идут туго, - первое что услышал Доля, - Алик раненый, лесные угодья разбиты, а эта сука жива.
Сука? Он сказал сука. С мечом? Неужели это был не глюк и та ведьма всё же существует. Как-то жутко это понимать.
Эрик повернулся к Доле. Выглядел он потрясённым и выражал своим видом печаль. Похоже, что та самая сука второй раз вышла на его дядю. Коля помрачнел и почувствовал себя не в своей тарелке. Захотелось уйти и вернуться немного позже, когда обстановка разбавиться.
- Роберт пострадал, - тихо прогнусавил Лихо.
Доля это уже понял и обдумывал теперь как ему реагировать на это. Сочувствовать или признать справедливый Божий промысел. Ведь если верить умершего соседу, эти ребята занимаются похищением девушек. Коля не святой, сам однажды пытался изнасиловать одну женщину. Но тогда он был как всегда пьян и озабочен. Это не снимает с него вины, но и всё же... Продавать несчастных девчонок в рабство нельзя. Это не хорошо. А этот, со шрамом, сказал "сука жива". Может он имеет ввиду одну из похищенных? Та сбежала и смогла ранить негодяя. Или… а может это она же и была тогда с мечом.
Доля поменялся в лице. Брови словно налезли на глаза, а зубы крепко стиснулись до скрипа. Если эти ребята работорговцы, то... лучше послушать помершего соседа и отстраниться от них подальше. Пока они не подписали его на какой будь очередной грешок.
- Эй! Доля, - Лихо видимо уже не первый раз пытался дозваться, - Ты что-то совсем завтыкал. Не гони так гнать.
- Я это... просто вспомнил.
Лихо приблизился вплотную и прошептал на ухо:
- Не пялься так на Бодрого. Он этого не любит. Тем более сейчас, когда его пописали.
Доля кивнул и присел на одну из коек, где никто не сидел. Уходить было бы не этично, а стоять, развесив уши тоже неправильно. Мало ли как отреагируют все остальные. Может Эрик сгоряча захочет кому-нибудь врезать. А кому, если не своим?
Но опасения были лишними. Эрик вскоре присел рядом и хлопнул Долю по коленке.
- Всё норм, дружище, - сказал он угрюмо, - Всякое бывает.
- Угу, - напрягся Коля, - Неприятные мысли возникают, когда слышу про…
- Про Изюм?
- Угу.
- Нормально всё. Помнится мне, ты интересовался "Волосами", которыми расхоботился Грязный Луи.
- Да, - неуверенно ответил Доля. Он никак не мог выбросить из головы представления о том, что происходит с похищенными девушками.
- Мой друг пришёл не с пустыми руками. У него есть передача для меня. А я хочу поделиться с тобой. Ты не против если... Короче, Николай. Хм. Вечерком давай зайдёшь ко мне. Поговорим. Покурим. Договорились!
- Без Б, - кивнул Доля, стараясь выглядеть не напугано.
Зато возможность покинуть эту палату слишком ярко подчеркнулась его эмоциями.
- Ну тогда до вечера, - сказал Эрик. Он вроде и не заметил, как реагировал Коля, - Не обессудь, нам с ребятами надо кое-что обсудить.