— Не держат слово, — кривлюсь в усмешке. Ищем, чем обороняться. Находим пару досок. На площадку врываются копьеносцы, окружают, направляют на нас острые жала.
Появляется Борис Эдуардович. Смотрит на нас, в глазах страх:- Я не позволю вам выбраться из башни.
— А как же ваш закон, отпускать пленников, если они пройдут Полосу препятствия? — насмешливо говорю я, цепче обхватываю доску.
— Нарушу, — зло говорит он.
Неожиданно возникает суета, копьеносцы расступаются, появляется Росомаха, в окружении суровых воинов, со смертоносными мечами:- Что у нас здесь? — мягко, почти ласково говорит он.
— Так, это, рабы бунтуют, — заикается Борис Эдуардович.
— Рабы? — искренне удивляется Росомаха. — Где они?
— Эти, — трясущимся пальцем указывает на нас.
— Я вижу здесь свободных людей и, прав у них больше, чем у тебя. А ты, я не запамятовал, вроде как, закон нарушил?
Борис Эдуардович сникает, если пустит лужу под себя, не удивлюсь.
— В кандалы его, — тихо говорит Росомаха, — готовьте его, к следующему этапу на Полосе препятствия.
— За, что?! — бросается в ноги Борис Эдуардович, но его бесцеремонно оттаскивают. Для всех, он перестаёт существовать — он раб.
Росомаха смотрит на меня, едва склоняет голову в поклоне. Чуть заметная улыбка трогает губы, разворачивается, и они быстро уходят.
Глава 39
Первым делом, нам возвращают оружие. Семён бросается к топору как к любимой женщине. Воистину, он стал настоящим мужчиной.
Мой бывший соперник, со стальным взглядом, с сожалением передаёт меч. Испытываю не меньшую радость, что и Семён.
Итак, можно сказать, у нас руки развязаны. Всюду встречают с восхищением, мужики зазывают на бражку, бабы — на кой чего. Но, нам не до них, идём к дому Машки. У неё наши дети.
В посёлке все друг друга знают, дом указывают быстро. Входим во двор. Что это?! На цепи сидит Игорь, рядом, уткнулся в его ладони, волчонок. Мальчик видит нас, вскакивает, цепь гремит, бросается к нам. Семён взревел как медведь арктодус, рвёт цепи, целует мальчика.
За спиной слышится характерный звук меча, доставаемого из ножен:- Кто такие? — слышится неприязненный голос. Семён медленно оборачивается, он страшен. Удобней перехватывает рукоятку топора, мгновенье, и у того голова соскочит с шеи. Бросаюсь к другу:- Не смей, ребёнка травмируешь!
— Второй раз, спрашивать не буду, — отступает к двери бородатый, мускулистый верзила.
— Он мой сын! — рычит Семён.
— Он зверь, у него клыки, — словно выплёвывает мужик.
— Это ты, зверь, — у Семёна кровью наливаются глаза.
Игорь виснет у него на шее:- Папа, забери меня отсюда!
— Где Светочка, сынок? — мягко спрашивает Семён.
— Её здесь нет. Она, с тёткой, в соседнем доме. У них там, подсобные помещения. Свинок выращивают.
— Игорь! — подзываю его к себе, — пойдём со двора. Папе необходимо поговорить.
Игорь долго, с ненавистью смотрит на своего мучителя. Тот, от его взгляда ёжится, перекидывает меч с одной руки в другую. Ловко получается. Но, я знаю, он, почти покойник.
Уходим. Игорь всё поглядывает из-за плеча на отца. Завожу за дом, садимся на лавочку, у дикой сирени. Ждём.
Звякнуло друг о друга железо, ещё раз и… вжик, что-то упало на землю и покатилось.
Передёрнулся, Семён вновь перестарался. Он выходит, непривычно спокойный, под глазами, чёрные круги.
— Идём к Светочке, — тихо говорит он. Игорь вцепился в его ладонь, плачет, слёзы капают со скуластого лица. Он размазывает их рукой, на щеках остаются грязные разводы.
— Натерпелся, сынок? — прижимает его к себе Семён.
— Они так сильно меня били и, Светочку, тоже. Когда вступалась за меня. Потом, её отвели в соседний дом. Меня волчонок любил, давай заберём его.
— Сейчас приведу, — кинулся я.
Во дворе осмотрелся. Волчонок забился в конуру, жалобно поскуливает, у крыльца валяется обезглавленный труп. Из шеи, до сих пор струится кровь, рядом валяется голова, мёртвые глаза открыты, смотрят с укором. Не порядок, думаю я. Не ровен час заглянет кто, вновь на нас объявят охоту.