– Даже не подумаю, – Север сел за стол и включил компьютер. – Прямо сейчас подберу кого-то из нашего агентства. Там полно молодых и перспективных девочек .
– И выпустишь какую-нибудь молокососку в моих вещах? В этот раз у «Мюглера» будет Ирка Шейк. «Баленсиага» вообще набрала для показа звезд кино из «Игры престолов». А «Шанель» срочно вернула Кейт Мосс, хотя ей на минуточку полтос. Что понятно. Эти идиоты решили омолодить аудиторию и взяли амбассадором эту мелкую и несуразную гопницу американского разлива Билли Айлиш. У них таких низких продаж не было со времен Второй Мировой, когда людям было не до красоты. Как только Кейт вернулась, продажи взлетели, как после «Виагры».
И мы с какой-то ноунейм соской? Нет! Я не согласен!
– Возьми Ренату Митвинову, – предложил Север. – Она по типажу подходит. И тем более свободна. Как раз звонила мне пару недель назад, просила взять ее. С «Баленсиагой» у нее в этот раз не срослось.
– Она по темпераменту другая, побойся бога! – Гелий яростно замахал руками. – Ей мои яркие тона не подойдут. Эта ворона может носить только темную готику от вечно депрессивного Демны Гвасалии, который весь дом «Баленсиага» превратил в садомазохистский вертеп, – заорал Гелий.
Север молча пережидал его истерику, глядя в монитор компьютера. Гелий внезапно успокоился, сел за стол напротив брата и спокойно сказал:
– Ты забыл главный принцип нашего бизнеса, брат? Эмоциональный брендинг –сопереживание. Весь мир фэшна на нем держится! Мы продаем не шмот, а образ жизни! Все бренды так делают. Мы годы потратили на создание сообщества, чтобы управлять эмоциями покупателя. Мы с ними клан. Мы одной крови. Натягивая наши шмотки, они чувствуют себя членами семьи, и на этой глубокой эмоциональной связи мы и выживаем. Анжела – часть образа. Она и есть наш модный дом! Покупая шмотки, которые она показывает, все эти люди там, за окном, – он повернулся к панорамному окну, – чувствуют себя такими же успешными, даже если сидят в полной заднице. Окружающие видят их успешными, когда они выходят в свет в нашей одежде. Ты думаешь, зря люди берут ссуды и покупают айфоны? Они влазят в долги не из-за дурацкого телефона, а из-за имиджа, который создает айфон. Ты продвинутый, ты успешный, ты в тренде, потому что у тебя есть эта белая хрень. Хотя ты половиной функцией не умеешь пользоваться. А вторая половина тебе на хрен не нужна.
– Разговор окончен, – Север встал и вышел из кабинета.
Не дожидаясь лифта, он пешком спустился на первый этаж, кивнул охраннику и с облегчением толкнул дверь. Солнце, воздух, облака. Господи, как же хорошо! Ему нужно было подышать. Гелий был прав: ситуация была катастрофической. Но терпение его лопнуло окончательно. Анжела перешла черту. Избалованная, оторванная от реальности, она просто не понимала слова «ответственность». И даже если бы Север сейчас согласился уволить Есению, она всё равно устроила бы скандал. Повод всегда найдется. Потому что главная причина была в другом: Анжела привыкла получать всё, что захочет. Всегда. И она не понимала, почему у нее не получается вернуть Севера.
Он ее научит сейчас или никогда. Север достал из кармана телефон и позвонил Есении.
– Я… слушаю… – запинаясь, сказала она.
По ее тяжелому дыханию и внезапной хрипотце в голосе он понял, что она плачет.
– Есения, я прошу прощения за эту досадную ошибку. Если это можно так назвать. Выходка моя брата недопустима. Больше этого не повторится. Завтра жду вас на работе.
Есения
Сам Север Краснов просит у меня прощения! Мое чувство собственной важности в этот момент распухло до потолка, пробило его и розовым облаком повисло над Москвой.
На том конце линии ждали моей реакции. А я в этот момент как раз по накатанной схеме заедала горесть мороженым. Полведра уже ушло. Заляпанная вишневыми каплями ложка призывно торчала из второй половины. Силиконовый животик валялся рядом на диване, распластавшись, как крылья, которые мне сегодня обрубил Гелий. Я сглотнула вишню вперемешку с ванилью и севшим от холодной сладости голосом пролепетала:
– Спасибо вам большое! Я совсем не обижаюсь и всё понимаю. Завтра буду на работе. И… обещаю, что буду очень стараться.