Я замолчала. Север даже не взглянул в ее сторону. Он вытащил из стопки бумаг мое резюме и углубился в чтение.
– Ну что же, – произнес, наконец, он, – в принципе, меня всё устраивает. Но позвольте спросить: ваш муж не будет против? У нас график жесткий, рабочий день ненормированный, нагрузка большая. В вашем положении, возможно, это будет сложно.
– У меня нет мужа, – ответила я.
– А отец ребенка? В смысле: ваш мужчина.
– У меня нет мужчины, – улыбнулась я. – Сама привыкла справляться.
И мне показалось, что он как-то странно на меня посмотрел. Что-то такое неожиданное теплое промелькнуло в его холодных глазах. Или мне почудилось, потому что хотела верить в это?
Вот это я влетела! Залететь по-человечески у меня не получается. А вот влететь в аферу – это пожалуйста.
Север
Эта девушка напомнила ему Аллу. Она ненавидела, когда он, Север, называл ее мамой. Постепенно он привык даже в мыслях называть ее по имени. Алла была требовательной и холодной. Потому что сама подняла свой бизнес с нуля в те нелегкие дни, когда огромная и сильная, как айсберг, страна развалилась на части. И жители этой страны остались дрейфовать на разбросанных по холодному океану перестройки льдинах. Алла очень много требовала от себя. И от других поэтому тоже.
Она была крайне упрямой и сильной. Неказистой, невзрачной, как Есения, но с железным стержнем внутри. От нее веяло женской силой. Есения так же упрямо сжимает губы, как Алла. Интересно: она так же плачет по ночам от усталости? Алла приходила домой далеко за полночь. В коридоре, возле входной двери сбрасывала туфли. Всегда на каблуках. Всегда при полном параде. Запиралась в ванной, открывала кран до упора и горько рыдала под шум воды.
Маленький Север садился на пол и тихонечко гладил дверь ванной. Когда вода выключалась, он мчался в постель. Алла не прощала тех, кто видел ее слабость. Он еще не мог этого сформулировать, но точно знал, что так и есть.
– Когда вам удобно приступить? – Север открыл ящик стола и бросил туда стопку резюме.
– Сейчас, – ответила Есения.
– Может быть, лучше с утра? – уточнил он.
– Я сегодня абсолютно свободна, поэтому могу начать работать незамедлительно.
– Хорошо. Вот ваш кабинет, рядом с моим, – он встал и открыл дверь в углу комнаты. – Там компьютер, пароль под клавиатурой. Можете пока ознакомиться с делами. Только пообедайте сначала. Голодные обмороки мне здесь не нужны. Они у нас и так регулярно приключаются у моделей. Нашатырь держим во всех помещениях. Кафетерий на первом этаже.
– Я не голодна, спасибо! Недавно поела.
– Хорошо, тогда сразу и приступайте. Там нужно почту разобрать, ее очень много накопилось.
Есения встала. Анжела внезапно вскочила со стула. И Север увидел, как изменилось ее лицо. Щеки запылали красными пятнами. Глаза злобно сощурились.
Север даже знал, почему. Анжела безуспешно пыталась подсунуть ему свою подружку в качестве личной помощницы. Подружка отличалась редкостной тупостью, зато всегда готова была шпионить за ним и обстоятельно докладывать о любых мелочах. Более того, он был уверен, что среди кандидаток в коридоре полно засланных Анжелой казачков. Не может же он знать всех ее подруг.
Нет, я тебе, милая, не уступлю. Хватит! Двух месяцев брака с лихвой хватило, чтобы узнать все твои хитрости.
– Может, мы это обсудим? – спросила Анжела. – Ей же рожать скоро.
– Не скоро, – возразила Есения. – Только через четыре месяца.
– Здесь обсуждать нечего, – решительно возразил Север. – Всё равно первый месяц – это испытательный срок. Как раз съездим в Милан, Есения покажет себя. И там решим, как дальше будет.
3 глава. Разбеременеть – ужасное слово
Есения