Оглушительный грохот разорвал ночную тишину. Теперь бродячие лучи без проблем отыскали нарушителя спокойствия. Тем временем внутри крепости уже начал нарастать гомон. Обитатели укрепления начали подниматься по боевой тревоге.
- Ты кто такой, бездна тебя дери? - повернувшись на звук голоса, Орис упёрся взглядом в сопло ослепляющего прожектора. Часовой, направив на нарушителя винтовку, ожидал ответа, которого так и не следовало. Человек в маске безмолвно пялился в сторону источника света. Холодный ночной воздух пробирал до костей плохо одетого часового, отчего его руки непроизвольно дрожали и чем дольше он стоял в напряжении. Казалось, время обратилось в тягучую смолу, а тем временем гомон за стенами всё усиливался. Когда часовой уже собирался спустить курок, наемник, наконец, опустил голову и немного приподнял маску, но не стал снимать её полностью.
- Открывай ворота! - громко и чётко произнёс Орис, и через мгновение железные створки гермоворот подчинились и сдвинулись с места, ведомые внутренним механизмом. Не теряя времени, часовой нажал на курок. Прогремел второй за ночь выстрел. Пуля прошла всего в паре сантиметров от головы недвижимого наёмника. Не успел затихнуть звук выстрела, как Орис метнул свою разряженную винтовку оснащённую штык ножом, словно копьё в сторону говорившего с ним часового. Вскоре прозвучал предсмертный вскрик.
- ОГОНЬ!
Все стоявшие на стене преступники повиновались приказу невидимого командира и открыли огонь. Однако пули не достигли цели и в этот раз. Наёмник выскользнул из-под лучей прожекторов за мгновение до этого. Метнувшись в сторону ещё не до конца открывшихся ворот, он проник внутрь крепости.
Оказавшись в плохо освещённом коридоре, наёмник продолжал бежать вперёд. На его пути словно из ниоткуда возникла пара стражников вооружённые мечами. Первый мужчина занёс над нарушителем клинок, но в темноте что-то мелькнуло, и стражник остался без руки. Не обращая внимания на корчащегося в агонии противника, наёмник кинулся на второго стражника. Тот не успел опомниться, как в его груди возник острый продолговатый предмет с рукоятью в виде отрубленной руки. Оставив за спиной двух умирающих людей, наёмник ринулся дальше.
На другой стороне прохода Ориса уже ожидала засада. Четверо крепких мужчин преградили дорогу, выставив перед собой копья. Однако наёмник не замедлился. Когда он приблизился на достаточное расстояние, все четверо копейщиков совершили выпад вперёд в надежде насадить нарушителя на острые наконечники. Проворный наёмник играючи проскользнул между копей. Как только он оказался вплотную к противникам, раздался громкий щелчок и лязг металла. Через мгновение звуки повторились и двое мужчин, что стояли ближе к наёмнику повалились замертво на землю. Оставшиеся в живых были ошарашены и даже не заметили как человек в маске, игнорируя их, направился в центр двора, где уже собралась большая часть «хозяев» крепости. В их рядах всё ещё царила паника из-за нападения неизвестного врага, но все они уже были готовы отражать атаку. Вот только бывшие заключённые не ожидали, что противник окажется всего один, а потому непонимание происходящего не позволяло действовать чётко и решительно.
Орис размеренно шагал по хорошо освещённому двору, вооружённый двумя длинными копьями. Его руки были перепачканы кровью. А серая рубаха надорвана на груди после столкновения с его нынешним вооружением. Через дыру было видно необычные символы, покрывающие всё тело человека в маске. Странные письмена горели неестественным белым светом, и с каждым шагом наёмника свечение усиливалось.
Нервы одного из стрелков сдали, и она нажала на спусковой крючок. Прозвучал звук выстрела. Не успело её зрение восстановиться после вспышки возникшей из-за выстрела, как женщина ощутила что-то странное и непривычное. Сердце гнало адреналин по венам из-за чего боли она не почувствовала, но чётко ощущала инородный объект пронзивший её лёгкое. Взгляд упал на древко копья, пронзившего правую часть груди, а затем на человека в маске, что стоял невредимый лишь с одним копьём в руке. Следующий вдох отдался ужасной болью в груди. Гробовую тишину, воцарившуюся в крепости после выстрела, прерывали только хрипящие булькающие стоны стрелка захлёбывающегося собственной кровью.