безумны, словно он не в себе, но в них горит и что-то ещё. Гнев? Разочарование?
Высокомерие?
— О.. о чём ты?
— Ты чертовски хорошо знаешь, что я имею в виду, — огрызается он, и я едва
успеваю моргнуть, не говоря уже о том, чтобы вздохнуть, прежде чем его руки
запутываются в моих волосах, и он притягивает моё лицо к своему и впивается поцелуем
в мои губы.
Этот поцелуй... Боже, я даже назвать его так не могу. Это... чистое наказание.
Неприкрытое разочарование. Неоспоримое намерение.
Эр-Джей со мной ещё не закончил. Я явно сглупила, подумав иначе.
Эр-Джей стонет, дико меня целуя, и всё, что я могу сделать, это крепко прижаться
к нему, чувствуя повсюду его руки. В волосах, на плечах, спине... Он обхватывает меня
за талию, а затем скользит вниз, к заднице, впивается пальцами в ягодицы и притягивает
к себе, прижимая меня животом к его горячей эрекции.
Когда он успел приспустить джинсы?
— Ты сделала это, — шипит он сквозь стиснутые зубы, и, клянусь богом, мои глаза
закатываются, когда его бёдра изгибаются, и он целенаправленно трётся об меня.
О, да. Он так же сильно нуждается в разрядке, как и я. Всё об этом говорит.
— Прости. — Но я чертовски рада, что он вернулся.
— Единственное, за что ты должна извиниться, так это за свои мысли о том, что я
не заставлю тебя кончить. — Эр-Джей шлёпает меня по заднице и я начинаю шипеть. —
Крэш, надеюсь, мы разъяснили этот момент?
Это уж точно. Я еле заставила себя кивнуть.
— Развернись.
Несмотря на то, что мне хотелось его касаться, я повиновалась приказу. Садистка?
Ага, именно.
— Руки на стенку, — снова рявкает он, и я терплю, безуспешно сдерживая крик, когда его ладонь шлёпает меня по другой ягодице. — Умница.
К моему удивлению, его прикосновения быстро становятся нежными, Эр-Джей
массирует те места, где, как мне кажется, он оставил отметины. Чтобы подлить масла в
огонь, он опускает рот к моей шее сзади и посасывает её достаточно сильно, чтобы
обжечь, а затем нежно ласкает это место языком.
Я не могу справиться со всеми этими противоречиями. У меня кружится голова, а
тело гудит, и я уверена, что никогда в жизни не была так сбита с толку... и одновременно
возбуждена.
Я хочу его.
Я должна сказать, что это безумие.
Мне нужно больше.
Я уже понимаю, что одной ночи мне будет недостаточно.
— Раздвинь ноги, — хрипло произносит он, одной рукой массируя мою грудь, а
другой угрожающе сжимая моё бедро.
Я знаю, что произойдёт, точно так же, как знаю, что утром меня встретят и
сожаление, и удовлетворение, независимо от того, как далеко я позволю Эр-Джею
завести меня.
С таким же успехом можно на полную катушку наслаждаться моментом.
Раздвигая ноги настолько широко, насколько позволяет пространство, я слегка
прижимаюсь задницей к его коленям. Эр-Джей хмыкает, крепче прижимает меня к себе
и проводит членом по моим ягодицам.
— Это было некрасиво с твоей стороны, — рычит и властно прижимается своим
большим телом к моей спине. Его бёдра продолжают двигаться вперёд и назад и
дразнить, ткань его джинсов трётся о мои бёдра сзади. — Только хорошие девочки могут
кончать, Крэш. Не заставляй меня уходить от тебя во второй раз.
— Пожалуйста, не уходи, — хнычу я, и его усмешка отдаётся вибрацией рядом с
бешено колотящейся жилкой на моей шее.
— Ты просишь?
Чёрт, да, прошу.
— И что я должен делать, если останусь?
— Продолжай ко мне прикасаться.
— Здесь? — Он щиплет меня за сосок, и я с шипением приподнимаюсь. — А как
насчёт этого местечка? — Он щиплет другой сосок, и кровь приливает к моим ушам, точно так же, как и между ног.
— П-пожалуйста, в другом месте. — Боже, он меня убивает.
— Здесь? — Эр-Джей гладит меня по заднице, но я разочарованно стону. — Нет?
Как насчёт того, чтобы сказать, где ты хочешь, чтобы я к тебе прикоснулся, красотка?
Чёрт возьми, он надо мной издевается. Как будто его порочного рта и жестокой
чувственной игры в джакузи было недостаточно.
— В-внутри, — умоляю я. — Пожалуйста.
— Хм... — Рука на моём бедре ослабевает и совершает медленное, мучительное
путешествие вниз. Его длинные пальцы — это одновременно и рай, и ад, они почти
касаются моей промежности, но недостаточно близко. — Ты думаешь, что вела себя
достаточно хорошо для этого?
А-а-а.
— Эр-Джей, чёрт тебя дери!
Он смеётся, а потом наконец — наконец-то! — проводит кончиками пальцев по
ложбинке у меня между ног, где уже в игру вступил клитор.
— Я думаю, ты хочешь, чтобы я был здесь, — выдыхает Эр-Джей мне в ухо, проводя пальцами вперёд и назад в самой медленной и изысканной форме пытки на
свете. Дразнящее прикосновение — это не более чем шёпот, при каждом движении он почти намеренно задевает мое самое чувствительное место.
Как так получается, что Эр-Джей едва прикасается ко мне — даже не там, где мне нужно, — а я уже прямо на самой грани?
— Дыши, — хрипит мне в ухо его низкий голос, и я каким-то образом киваю, резко выдыхаю и делаю ещё один отчаянный вдох. Воздуха не хватает. Всего этого чертовски мало.
— Я добьюсь своего, Крэш, — его тон становится более лёгким, обещающим, и эти понимающие губы снова оказываются на моей шее, дразня, играя... мучая. — Доверься мне.
Самое страшное, что я это делаю. Это дико, безумно и, возможно, глупо, но я это делаю.
— Пожалуйста, — умоляю я, обнажаю свою уязвимость и кладу её к его ногам.
— Я тебя понял, детка, — шепчет Эр-Джей, и в его словах слышны уверенность и обещание... То, как он обнимает меня, словно знает, что я расстаю, если он меня отпустит...
Это главное.
Он быстро меняет нас местами, так что его спина оказывается прижатой к стенке, а я приподнимаюсь над полом, наваливаясь на него всем своим весом.
— Подними ногу. — Целуя меня в шею, Эр-Джей ставит одну ногу на край ванны, открывая меня для себя и для воды. — Хотел бы я тебя видеть, — бормочет он, когда
его пальцы скользят между моих складочек, наконец-то давая мне ощутить вкус трения, которого я так жажду. — Держу пари, ты чертовски красива.
Я хнычу. Я больше не выдержу.
— Никто для тебя этого не делал? — Подушечка его большого пальца гладит мой
клитор, и я откидываю голову ему на плечо, перед глазами мерцают звёздочки. — Какая
досада, — добавляет Эр-Джей, скользя вниз ко входу в моё лоно и обратно, кружа...
дразня. — Хотя мне вроде как нравилось видеть, как ты трогаешь себя и знать, что
думаешь обо мне.
Я ахаю, когда он вводит палец внутрь, а затем издаю стон, когда вводит второй.
— Эр-Джей...
— Мне очень нравится, когда ты так произносишь моё имя. — Он двигается вперёд
и назад, поглаживая мой клитор большим пальцем, одновременно раскачивая мои бёдра
в такт движениям. — Повтори это ещё раз, красавица.
— Эр-Джей, — выдыхаю я. Боже, как же хорошо он сгибает свои пальцы... —
Пожалуйста, не останавливайся.
— Даже не мечтай.
И он не останавливается. Вместо этого прижимается губами к месту, где на моей
шее бьётся пульс, и вводит в меня третий палец. Даже при включённом душе
невозможно не заметить, насколько я мокрая. Меня выдаёт один только звук.
— Так чертовски сексуально, — выдавливает он из себя и награждает меня более