После серии провальных выстрелов Итан поднялся на ноги и, сделав «Блинк», переместился к воротам лагеря.
«Сука, так и думал! Он превосходит меня во всем. Может мне удастся измотать его или ослабить бдительность?»
Уловив едва заметный отблеск в темноте, наемник, предчувствуя опасность, отпрыгнул в сторону. В ворота, по гарду вонзилось два тяжелых меча. Мгновение и появившийся, противник, начал наносить секущие удары. Итан стал мягко стал отступать вдоль забора, пробираясь вглубь лагеря, где, совершив очередной «Блинк», затаился между палатками.
Выиграв немного времени для подготовки, Итан, подумал, что было бы неплохо заполнить пустые магазины и попробовать подавить противника беглым огнем, и открыл инвентарь. Появившись будто из-под земли, актер, совершил выпад вверх, но промахнувшись, продолжил осыпать своего оппонента бесконечным количеством разнообразных ударов, заставляя его отступать по внутренней части лагеря маневрируя между палатками и разнообразными препятствиями.
Увидев, как начала двигаться левая рука его врага во время уклонения от атак, Реруд переосмыслил свои взгляды. Он в мгновение увидел перед собой виртуозного дирижера, исполняющего свою работу профессионально и изящно. Дирижирующего без жезла и оркестра, указывая на тональности собственного произведения потрясающей композиции самой вселенной, которая молчаливо повиновалась. Однако бы, сколько не пытался, Реруд не мог уловить всей красоты алеаторики (техника композиции в музыке XX-XXI веков, допускающая вариабельные отношения между элементами музыкальной ткани и музыкальной формы, предполагающая неопределённость или случайную последовательность этих элементов при сочинении). В его голове возникла мысль о недостойности или еще хуже, не акатаматии (полное непонимание речи собеседника) через музыку. Закатив глаза и прикусив нижнюю губу, фантазер ощутил старое, до боли знакомое чувство зависти, но в новой обертке.
«Этот телепень (вбейте для приличия в вики)! Какой наглец! Каков виртуоз! Это апофеоз! Выйдя из начальной сцены, он взял выступление под собственный контроль! Насколько он велик? О небеса! Как же я рад! Но…»
– Что это за МУЗЫКА?! – в предвкушении, Реруд одурманенный новой идеей не заметил, как его глаза накрыла темная пелена словно занавес, отдав свое тело своим активным инстинктам, перейдя в новый акт. Акт, в котором пара виртуозных танцоров, соревновались за звание лучшего, но в процессе полностью забыв о цели, начав личную борьбу доказывая друг другу, что есть «истинный талант». Итан же, стиснув зубы, уклоняясь и отбивая атаки, желал поскорее покончить с самым невыносимым сражением в своей жизни, листая вкладки своего инвентаря.
Они двигались по темному лагерю, закоулки которого освещались светом нескольких костров и факелов, когда из одной из палаток, мимо которой, буквально пролетали партнеры, высунула голову одна из похищенных ранее девушек. Имея намерение спросить «что происходит», она буквально потеряла голову от увиденного. Реруд, не обратив на нее внимания, но подсознательно осознавая, что любая мелочь может запросто уничтожить его грядущее празднество, приложив всю силу и скорость которую имел, на опережение, выйдя за пределы собственных возможностей, зайдя Итану за спину, филигранно отсек бедняжке голову, шилом способным лишь наносить колющие удары.
«Реруд получил пассивный умение «Множественный выход за предел».
Почувствовав сильную боль, во время того, как левой рукой пытался втолкнуть в палатку девушку, наемник, сделав «Блинк», оказался на одном из помостов. Посмотрев на свою руку, он увидел сильно кровоточащую кисть с двумя отсутствующими пальцами.
– Мне кажется, ты что-то потерял. Ха-ха-ха, – рассмеялся Реруд, подняв с земли обрубок ладони держа его двумя пальцами. – Эй, дорогуша! Я точно не уверен, но думаю, что теперь ты можешь считаться настоящим убийцей. Хотя надеюсь, дирижировать без них ты будешь все так же искусно.
Совершив внеочередной «Блинк», и переместившись к одному из костров, мужчина, достал из него одно из тлеющих поленьев, на котором играли алые всполохи, и вдавил в него кровоточащую часть своей ладони. По лагерю разнесся негромкий сдержанный крик боли.
– Бедный я, бедный я. Налейте мне еще, – иронично произнес материализовавшийся неподалеку, Реруд, вызывающе выделываясь, держа деревянную кружку с пивом. – Мы продолжим или возьмем антракта?