И все. Я пропала. Нежный взгляд, ласковый голос и ироничная улыбка. Все это действовало на меня сильнее любого афродизиака. Да что там, этот мужчина и был один сплошной соблазн, перед которым, даже если бы захотела, все равно не смогла бы устоять.
Легкие поглаживающие объятия, один, словно спрашивающий разрешения поцелуй, и пол перестал казаться такой уж надежной опорой. Прильнув к сразу обнявшему меня крепче Лориану, потянулась за новой порцией ласки. О'Маэр не заставил себя долго ждать. Короткая дезориентация в пространстве, и вот мы уже стояли посреди спальни, страстно отвечая на поцелуи друг друга. Еще пара минут, и любые слова, как и одежда, оказались излишни в этом прекрасном танце губ и сплетении тел.
ГЛАВА 2
Признаться, я еще ни разу не испытывала ничего подобного. Наверно, так бывает только с по-настоящему любимым мужчиной. С тем, кто идеально тебе подходит. Как кусочек пазла, благодаря которому вся картина словно оживает, становится ярче, красочнее и гармоничнее.
Но и реальность никто не отменял. И рано или поздно в нее все же придется вернуться.
— Лориан, — отодвигаясь от мужчины, на груди которого нежилась, произнесла я и, тут же заприметив свою блузку, принялась ее надевать. — Один раз я уже утаила от тебя правду. Теперь хочу быть предельно честной.
— Я слушаю.
— Думаю, тебе следует знать, почему я вернулась.
— Дело не во мне, — сказал мужчина, угадав то, что я так и не решилась произнести вслух.
— Точнее, не только в тебе, а в моей дочери.
— Она здесь?
— Да. — Подогнув под себя ноги и сжав кулаки, продолжила: — Этот гад обманул меня. Лар не сказал о каком-то там облаке, вызывающем временную аномалию. Таким образом, по возвращении с того момента, как он меня выкрал, прошло целых двенадцать лет, а моей дочери уже исполнилось семнадцать.
— Иди сюда. — Когда на последних словах голос дрогнул, я, не в силах утаить накатившие на глаза слезы, позволила Лориану притянуть себя ближе и усадить рядом.
— Он отнял ее у меня. Ее детство, первый поход в школу, первые обиды и радости. А потом забрал и ее саму. Лориан, что мне делать? Она не захотела меня даже выслушать. Сказала, что уже поздно. Мне нет места в ее жизни, и просто ушла вместе с ним.
— Дети порой бывают жестоки, сами того не осознавая. Не принимай близко к сердцу. Она двенадцать лет пыталась смириться с тем, что тебя больше нет. Дай ей время принять обратное.
— Я убью его, — прорычала сквозь слезы при мысли о том, кто виной всему. — Клянусь, убью. И пусть только кто-нибудь попробует меня остановить.
— Лара, — обняв покрепче и дав мне время немного успокоиться, начал О'Маэр. — Мне тоже нужно тебе кое в чем признаться.
— Давай, — наскоро утерев начавшие подсыхать на щеках слезы, повернулась лицом к мужчине и сразу поняла: ничего хорошего я сейчас не услышу.
— Только обещай выслушать до конца.
— Ты меня пугаешь, — отозвалась, действительно начав нервничать. — В чем дело?
— Волар рассказывал тебе про чашу избранников?
— Начинается. И ты туда же?
— Нет, послушай, — подавшись вперед, настоял мужчина и, тяжело вздохнув, начал: — В тот вечер в храме он был не один. Я пришел туда раньше и уже готовился получить ответ на свой вопрос, когда появился сан Дэир. Именно поэтому, когда он спросил то же, артефакт указал на двоих вместо одной.
— Но Вероника…
— Да, знаю. На тот момент она была еще ребенком.
— Вот именно. Ребенком, — выкрикнула я, вскочив с кровати и наскоро застегнув блузу, оказавшуюся достаточно длинной, чтобы скрыть наготу, принялась нервно ходить туда-сюда по комнате.
— Лара…
— Не надо, — остановила его в тщетных попытках понять, кто теперь больше виноват.
— Прости меня, — не обратив на мои слова никакого внимания, произнес Лориан. — Если бы я только знал, чем обернется эта минутная слабость…
— Так я еще ко всему прочему и минутная слабость? Вот спасибо. От кого-кого, а от тебя такого не ожидала.
— Ты все не так поняла.
— Ты обманул меня.
— Прости.
— Ты с самого первого дня знал, кто я, откуда — и молчал.
— Расскажи я все сразу, ты бы мне все равно не поверила.
— Откуда тебе знать. Может, на тот момент даже самая безумная правда была бы лучше чем… — я резко замолчала, благоразумно решив, что лучше не продолжать и, обняв себя за плечи, невольно поежилась.
— Что он сделал? — каким-то неимоверным образом догадавшись о ходе моих мыслей, сердито спросил Лориан.
— Ничего.
— Лара?
— Говорю же, ничего. Оставь меня в покое.
— Послушай…