— Не знаю пока, — в очередной раз поразившись, как у детей все легко и просто, подобрала юбку платья и, устроившись между ними, спросила: — Научите?
На это близнецы снова хитро переглянулись и, организовав передо мной еще одну панель управления, а с ней включив и третий летательный аппарат в игру, принялись наперебой объяснять, что нужно делать.
Час спустя, обложившись всевозможными закусками, сладостями и соками, мы уже втроем покоряли космическое пространство, вытворяя такое, что создателям звездных войн даже и не снилось. Наклоняясь то в одну, то в другую сторону при заходе в крутой поворот и старательно отстреливаясь от противника, наша шумная четверка, включая горячо болеющую за меня Лили, так увлеклась процессом, что даже не заметила, как обзавелась зрителем.
— О, пап, уже вернулся? А мы и не слышали, как ты зашел.
Сразу позабыв про спасение вселенной, я резко обернулась. Встретив насмешливый взгляд мужчины, тут же смутилась и… судя по грохоту из колонок вперемешку с сочувствующими возгласами остальных игроков, во что-то врезалась.
— Лара, ну, как так-то? Ты уже почти выиграла, — разочарованно поинтересовался Ник.
— Мы что, зря прикрывали? — не менее расстроенный моим поражением, спросил Рой.
— Ладно вам жаловаться, — первой заметив, как мы с Лорианом не сводим друг с друга пристальных взглядов, пожурила братьев Лили. — Лучше сходите проверить, готов ли ужин.
— Чур я во главе стола, — мигом подскочив со своего места, выкрикнул Ник.
— Ты там вчера сидел. Сегодня моя очередь, — спохватился Рой и, пролетев мимо стоявшего в проходе отца, облокотившегося о косяк, кинулся следом за братом.
— Я, пожалуй, тоже пойду. Не буду вам мешать, — смущенно произнесла Лили и тоже поспешила к выходу.
— Привет. Ой, — поздоровалась я, одновременно пытаясь подняться. Но, запутавшись в юбке своего шикарного платья, едва не свалилась. Будучи вовремя поймана мужчиной и возвращена им в вертикальное положение, подняла голову, только сейчас поняв, как близко друг к другу мы находимся.
— Привет, — отозвался О'Маэр и тут же принялся меня целовать. Сначала ласково и дразняще, но, стоило обвить его шею руками, как все более страстно и требовательно.
— Весь день только об этом и думал, — услышала, когда он добрался до мочки уха. Погладив рукой по прикрываемой бусами спине, отчего по моему телу тут же побежали мелкие мурашки, разочаровано произнес: — Какое неудобное платье.
Тихо хохотнув и немного отодвинувшись, обнаружила, что он тоже улыбается.
— Проголодалась?
— Даже не представляешь насколько, — ответила, неожиданно осознав, что со вчерашнего вечера, кроме пары печений да тройки конфет, во рту ничего не держала.
Глаза светлого тут же вспыхнули уже хорошо знакомым по утренним событиям желанием, и до меня вдруг дошло, что все только что сказанное было воспринято им совершенно в ином ключе.
— Может, сначала все же поедим? — выпалила я, когда он снова наклонился, чтобы меня поцеловать.
— Хорошо, — раздалось в ответ на пару с тихим смешком, и мы сразу отправились в столовую.
Зайдя, я с умилением обнаружила, что каким-то неимоверным образом Рою все же удалось занять почетное место. Упиваясь победой, мальчик с гордо поднятой головой медленно вкушал пищу. Чего не скажешь о его брате, у которого все уходило за обе щеки просто с рекордной скоростью. Судя по всему, Ник не сильно расстроился по поводу того, где он сегодня сидел. Чего не скажешь о Лили. Устроившись по правую руку от брата прямо напротив обжоры, чуть нахмурив брови, девушка упрямо продолжала демонстрировать, как надо правильно себя вести.
Я же, сев вместе с главой семейства у противоположной стороны стола, не могла отвести глаз от этих троих. Наблюдая на протяжении месяца совершенно иную и куда менее радостную картину в лице вечно хмурого Волара и отстраненной Амии, сейчас никак не могла налюбоваться всем происходящим. Живые, веселые и, несмотря на недомолвки, дружные, эти дети выросли в большой любви и заботе, что лишний раз доказывало: Лориан, несмотря на сильную занятость, оставался хорошим отцом. Одна Лили чего стоила.
— О чем задумалась? — услышала я и, повернувшись, только сейчас обнаружила, что все это время за мной тоже наблюдали.
— Да так. Обо всем понемногу.
— Хочешь об этом поговорить?
Вероятно, грусть при воспоминании о собственной дочери как-то отразилась на моем лице, поскольку уже в следующее мгновение рука Лориана накрыла мою и принялась ласково ее поглаживать.
— Позже, — заметив, что к нашему разговору начали прислушиваться, отозвалась я. И не ошиблась.