"Подавиться", — услужливо подсказал внутренний голос, но мужчина сдержал порыв и, покорно опустив голову, принялся молчаливо дожидаться продолжения.
— Как ты посмел пренебречь моей просьбой? Хотя, что там просьбой. Своим поступком ты наплевал на мое доверие к тебе, — мигом растеряв всю наигранную беззаботность, холодно отчеканил фон Ружж.
— Простите, ваша милость. Если вы позволите объяснить…
— Уж постарайся, — не дав договорить, грубо прервал его Кайер и, опершись локтями о стол, приготовился слушать.
— На девушку указала чаша избранников.
— И побоявшись в этом признаться, ты воспользовался моим интересом к ней. Подло. Очень подло, Лориан. Признаться, от тебя я такого не ожидал.
— Простите, ваше величество. Если желаете, я завтра же утром сложу свои полномочия…
— И не надейся. Бежать вздумал? Не выйдет. Ты мой советник. Таковым и останешься как минимум до следующих испытаний расхитительниц.
— Благодарю, ваша милость. — Искренне надеясь на иной ответ, но мужественно проглотив эту горькую пилюлю, О'Маэр низко поклонился. Чувствуя, что и это еще не все, он быстро выпрямился и замер в ожидании новых колкостей.
— Не за что благодарить. Я тебе больше не верю, — холодно отозвался король. Резко стукнув по столу кулаком, быстро поднялся и подошел к единственной открытой двери балкона.
Какое-то время ничего не происходило, а потом монарх тяжело вдохнул и чуть слышно произнес:
— Никому нельзя доверять. Кругом одни эгоисты и завистники.
"Кто бы говорил", — подумалось собеседнику, уже давно не испытывающему прежнего трепета перед его величеством. Решив еще по молодости во чтобы то ни стало стать правой рукой правителя, Лориан из кожи вот лез, дабы достичь желаемого. И вот восемь лет назад, благодаря первой жене, у него это таки получилось. Но молодого мага ждало сильное разочарование, поскольку тот, кто являлся второй по значимости фигурой в этом мире, на самом деле оказался не более чем простым прислужником его величества, вынужденным выполнять все его самые нелепые прихоти и приказы. И это не считая огромных объемов бумажной работы, до которой королю просто-напросто не было никакого дела. Что же касалось советов, ими его величество чаще пренебрегал, нежели прислушивался. Вот и выходило, что, став тем, кем мечтал, маг сам себя загнал в ловушку, из которой был только один выход: расхитительница, которая в один прекрасный день добудет две сферы и "осчастливит" этим постом кого-нибудь другого. Но за восемь лет такой так и не нашлось. До настоящего момента. А ведь Ларе это почти удалось. Не реши она проучить выкравшего ее из родного мира для этой цели мага, тем самым умерив его аппетит к власти, Лориан был бы уже свободен. Но девушка, не прислушавшись ко всему сказанному им накануне, поступила по-своему. Что ж, еще один сезон ничего не изменит. Вот только чутье подсказывало: это будет крайне непростой год.
— Что стоишь? Свободен, — очевидно, тоже в этот момент думая о чем-то своем, раздраженно выпалил Кайер. — И завтра чтоб духу твоего здесь не было. Считай этот выходной моим подарком к свадьбе.
— Благодарю, ваше величество, — отозвался Лориан и, снова низко поклонившись, спокойным размеренным шагом направился к дверям.
Искупавшись, за неимением в гардеробе другой одежды, кроме платьев, выудила из подаренной Амией сумочки самую длинную блузку, надела ее и принялась ходить туда-сюда по комнате. Так и не найдя места из-за терзавших душу переживаний, вышла в коридор. Не зная, куда еще себя деть, направилась в спальню напротив.
Здесь присутствовал едва уловимый аромат мужчины, уже при одной мысли о котором мне сразу становилось легче. В каждом предмете чувствовалось его незримое присутствие. И дело касалось не столько запахов, сколько энергетики. Наверное, потому для меня это было самое спокойное и надежное место из всех. Безопаснее только в объятиях мужа.
Неудивительно, что тут меня сразу же отпустило. Напряжение начало спадать, и ему на замену пришла усталость. Закончив наворачивать круги и по этой комнате, забралась на кровать, крепко обняла подушку, легла на нее, почти сразу же отключаясь.
Возвращения мужа я, естественно, не услышала. Понимание, что больше не одна, пришло, только когда матрац позади чуть прогнулся и, пододвинувшись ближе, мужчина нежно обнял меня за талию.