- Ну, готов рассказать, что надумал - Алексей от неожиданности вздрогнул, командир подошёл совершенно беззвучно - вижу, очень занимает тебя происходящее.
- Сначала ответь, часто ли на Руси, разбойники так свой лагерь укрепляют, да такие приспособы строят?
- Первый раз встречаю.
- Доходили до меня слухи, что и на других волоках такие же банды завелись - Андрей молча кивнул - тогда сдаётся мне у господина Великого Новгорода в будущем году будут большие проблемы.
Большинство новгородцев даже не догадываются, что скрывается за каменными стенами кремлёвской башни прозванной в народе Ильменьской. Уже ни кто и не помнит, почему носит она такое название, ещё с прошлой постройки так повелось, а когда это было. И если вдруг, в ком то проснулось бы любопытство, то покрутившись вокруг, любопытный с неудовольствием обнаружил бы, что попасть в башню нет ни какой возможности. Да и кому сие интересно, кремль уже давно своего назначения не выполняет. Город защищают мощные земляные валы с толстыми дубовыми стенами по верху. В кремле же прочно обосновался архиепископ новгородский, совет золотых поясов, и сопутствующие этим организациям службы, кои в некоторых мирах называют не русским словом “администрация”. Ну и дома особо состоятельных граждан, которые собственно и являются золотыми поясами. А князь, а что князь? Так давно уже Господин Великий Новгород сам выбирает себе князя и живёт за городом в Рюриковом городке, а на Ярославовом дворище всего лишь его представитель. Оно и правильно, нечего им по торжищу без дела шляться, от воина без дела одни неприятности, их дело землю новгородскую от внешней напасти защищать, а в городе и так места самим не хватает. Новгород он не ремень сыромятный, не растягивается.
В отличие от большинства горожан, Будимир Святославович прекрасно знал, что скрывают толстые каменные стены Ильменьской башни. Располагалось там ещё одно подразделение многочисленной городской администрации, не самое приятное, но безусловно нужное. Занималось это подразделение дознанием, толстые каменные стены этому не мало способствовали, ограждали от любопытных, удерживали внутри особо прытких и хорошо гасили громкие звуки, неизменно возникающие во время работы. И это правильно, потому, что нет такого закона, по которому можно истязать людей в узилище, узнай граждане о таком непотребстве, запаришься оправдываться. Не получится, так буйные новгородцы могут и с моста в Волхов. Не поможет и старинный дружок тысяцкий, потому что его сбросят вместе с ним. Да, могут и с моста, только в тёмной истории происходящей на волоках этим летом разобраться жизненно необходимо для всей земли новгородской. Сколько смертей принёс текущий год, сколько вдов и сирот появилось в республике, сколько справных купцов разорилось. Вот по этому, как бы граждане не возмущались, кого бы они в Волхов не швыряли, Ильменьская башня будет работать всегда. Всегда будут закрыты толстенными досками её бойницы, а за толстыми стенами сгорбленные писцы будут скрипеть перьями в свете лучины, пыточных дел мастера будут нарочито медленно раскладывать перед жертвами свой инструмент. И естественно, всегда найдутся те, для кого собственно всё это и предназначено. С тех пор, как познали люди добро и зло, каждый из них сам проводит между ними межу в сердце своём, самостоятельно выбирая где эту межу провести и по какой стороне ступать. Попы на сей счёт могут говорить что угодно, обзывать ересью и грозя карами небесными, только жизнь она очень разная. Если смотреть на неё из монашеской кельи, не многое увидишь. Вот к примеру литва, что сейчас корчится на дыбе, дьявол что ли его надоумил взять топор, да податься на волок промышлять купцов. Почему не привёз в месте с соотечественниками мёд и воск на продажу? Посадник был готов поставить ладью против долблёнки, что о дьяволе и Христе корчащийся человек даже не подозревал, к татям же прибился исключительно потому, что так разделил меж собой добро и зло в сердце своём. Или вот этот кусок мяса, бывший когда то плотником на прусском конце, жил рядом с церковью святого Андрея первозванного, рассказывали ему в детстве о добре и зле, о любви божественной. И что вышло из этого? Ничего хорошего, в начале загубил бессмертную душу, а теперь ещё и тело, дознаватели в Новгороде опытные, может до месяца прожить, о смерти умоляя, лишь бы муки телесные прекратить.