Сначала, я принимаю это близко к сердцу, но потом вспоминаю, каково это, раскрыть секреты, существование которых вы не желаете открывать. И это единственная причина, почему я готова подождать. Он не собирается рассказывать мне о шрамах, если их корочка еще не зажила. Нам еще предстоит пройти долгий путь, и нет необходимости покорять эту гору за один день. Поэтому я говорю:
- Хорошо, - и действительно имею в виду именно это.
Возможно, он ожидал борьбы с моей стороны, потому что его поцелуй в живот ощущается, как молчаливая благодарность.
- Я могу так оставаться всю ночь, Ларк, но должен в скором времени играть.
- Ты выгоняешь меня?
Он кусает мое бедро, недостаточно сильно, чтобы причинить боль, но достаточно для того, чтобы его потребность прикасаться ко мне вернулась.
- Нет, я бы никогда не выгнал тебя, но жду твоего возвращения в мою постель после представления.
- Ты ждёшь этого? - утрирую я игриво, приподнимая свои бедра над кроватью. Все, что ему необходимо сделать, это немного высунуть язык, и этого для меня было бы достаточно. Вместо этого, он скользит вверх по моему телу, чередуя покусывания с легкими поцелуями.
Достигая груди, он останавливается.
- Ты выглядела бы чертовски сексуально с проколотым соском. Может, даже двумя.
От мысли о ком-то, прокалывающим меня иглой, особенно там, меня передергивает. Я не уверена, что создана для такого вида боли – даже если она временная.
- Я скорее бы сделала татуировку, чем пирсинг.
Он ухмыляется, его глаза бродят по моей нетатуированной коже.
- Ты должна увидеть, чего желаешь. Я знаю нужных людей.
Как раз, когда Истон выглядит так, будто готов проглотить меня, я выскальзываю из-под него, уже сожалея, что оставляю тепло его постели, как только холодный воздух из вентиляции достигает моих ног. Моя одежда до сих пор влажная от купальника, из-за чего кажется, что в комнате еще холоднее.
- Черт, она ледяная.
Истон перегибается через край постели, взяв в руки футболку, которую он носил, прежде чем бросить ее в меня:
- Как мне не ненавистно, когда ты прикрыта, но надень это. – Футболка бьет меня по щеке, заставляя нас обоих засмеяться, когда у меня все падает из рук.
Я снова наклоняюсь, запихивая все влажные вещи в свою пляжную сумку, перед тем как натянуть его футболку на себя через голову. Ее едва ли достаточно, чтобы прикрыть меня, но зато теплее, чем стоять здесь голой. Поворачиваясь обратно, обнаруживаю Истона с одной рукой - под головой, а второй - поглаживающей свой ствол, и наблюдающего за мной.
- Что ты делаешь?
- Думаю о тебе, проделывающей весь путь до свой каюты без ничего под футболкой.
Я медленно начинаю приподнимать футболку, все выше и выше, дюйм за дюймом, пока его челюсти не сжимаются, и все тело не напрягается.
- Ты обеспокоен тем, что кто-то это увидит?
- Я хочу, чтобы ты вернулась ко мне сегодня вечером – одетая также, как сейчас.
- В этой же футболке без ничего под ней?
- Без единой вещи под ней. Поняла?
Я киваю головой, тяжело сглотнув при взгляде на него – твердость скалы в его руках. Ноги сами притягивают меня ближе к его кровати, подальше от двери и направления, в котором, предполагается, я должна идти. Но так я себя чувствую рядом с Истоном – трудно уйти и проще остаться.
- Тебе нужна помощь с этим?
- Что у тебя на уме?
Я позволяю сумке упасть на пол возле кровати, мои пальцы прочерчивают путь от его горла до его руки.
- А чего ты хочешь?
- Возьми меня в рот, Ларк.
Я забираюсь обратно в постель и располагаюсь между его ног лицом к нему, но он останавливает меня, и, зацепив рукой мою ногу, разворачивает в противоположную сторону. Каким-то образом за то время, пока я шла от дивана до кровати, все перестало быть только для него и стало для нас.
- Расслабься, детка. Ложись на меня.
Я даже не осознавала, что замерла в предвкушении того, что произойдет, трудно думать о чем-то другом, кроме как о вероятной перспективе, но я слушаюсь, ложась, как он мне сказал.
- Теперь я могу трогать тебя?
- Ты никогда не должна спрашивать у меня разрешения, Ларк. Если ты что-то хочешь, возьми это.
Он следует собственному совету, сжимая мою задницу и зарываясь лицом между моих бедер.
Моя спина прогибается, простая задача - делать две вещи одновременно - кажется практически невозможной. Но я хочу, чтобы он почувствовал себя также хорошо, как он заставляет чувствовать меня, поэтому я беру его в руку, поглаживая несколько раз, прежде чем обвести языком вокруг головки. Он отвечает хриплым стоном, который отдается прямо в мой центр удовольствия.