Вечером того же дня на кухне за чашкой позднего черного кофе Том, Норин и Люк по громкой телефонной связи с находящейся в штатах Бетти обсуждали свою дальнейшую тактику.
— Рано или поздно это всё всплывет, — заявила публицист Джойс, и Люк, подтолкнув на переносице очки, кивнул и согласился:
— Теперь уже скорее рано. В низкий сезон затишья и скучных однотипных фоторепортажей с дорогих курортов они повесят вам на хвост полтора десятка голодных папарацци.
— Мне жаль разрушать вашу уединенную идиллию, — грустно вздохнув, продолжила Бетти. — Но пришло время выходить из тени. Эн, Том! Вам самим придется вынести это наружу.
— Это как нельзя лучше подходит к выходу «Шантарама», — подсказал Люк. — На премьерную ковровую дорожку вы можете выйти в качестве пары.
— Слишком долго, — прервала его Бетти. — Всё раскроется ещё до октября.
Тот разговор продлился недолго, но привел к единогласно принятому публицистами решению объявить о романе, а Джойс и Хиддлстон, почти всё время хранившие задумчивое молчание и вопросительно переглядывающиеся, дали своё вынужденное согласие. И вот теперь Том, различив едва заметный кивок публициста, перевел взгляд обратно на редактора, кокетливо наматывающую на палец золотистый кучерявый локон, и сказал:
— Моя любимая женщина — шатенка.
На лице молодой журналистки коротко отразилось замешательство.
— Вы сейчас с кем-то встречаетесь? — осторожно, словно не доверяя услышанному до конца, поинтересовалась редактор. Сейчас она уже не сверялась с заготовленным на сложенном листке перечнем вопросов, а жадно всматривалась в лицо Тома. Он улыбнулся и опустил взгляд на носки слишком тесных для него туфлей. Сзади на шее проступил пот, Хиддлстон ощущал, что под пиджаком и плотной жилеткой у него взмокла спина, а в голове от жары и джетлага всё казалось затянутым едким туманом.
— Да, — ответил он, затем поднял взгляд и с вызовом упёр его в настороженное лицо редактора. — Встречаюсь. Довольно давно — почти год. И это… серьёзно. Увлекательно, волнительно, уютно, захватывающе. Я влюблен.
— Назовете её имя?
Том облизнул губы и невнятно хохотнул, а затем покачал головой и негромко добавил:
— Нет.
Застрекотала вспышками камера. Редактор растерянно покосилась в свою шпаргалку и взволнованно — неожиданно для неё ей достался эксклюзив — произнесла:
— Ладно. Тогда последнее из квиза… Назовите пять Ваших главных правил в жизни.
— Быть добрым, — Хиддлстон поднял руку и заглянул в ладонь, словно там могла быть подсказка, а затем стал поочередно загибать пальцы в такт своим словам: — Не опаздывать. Относиться к работе ответственно и серьёзно. Не воспринимать себя слишком серьёзно. Танцевать.
***
Понедельник, 4 сентября 2017 года
Юниверсал-Сити, Лос-Анджелес, Калифорния
— Да иди ты к черту! — пронеслось эхом под высоким потолком съемочного павильона, и Норин прыснула этому гневному вскрику и последовавшей за ним вспышке многоголосого мужского гогота. Она шла к прямоугольнику яркого солнечного света в дальнем углу павильона, а за её спиной оставались полтора десятка смеющихся над кем-то из своих техников, управляющих камерами и освещением, плотно сгрудившаяся у экранов команда режиссёра и его помощников, несколько статистов и Кристиан Бейл. В воссозданном перед большим зеленым полотном хромокея клочке раскуроченного боевыми действиями коридора начиналась съемка сцены, в которой Джойс не была задействована, а потому, сдав костюмерам своё футуристическое оружие, шагала к выходу.
Повисшая на её плечах и туго подхватившая талию броня — хоть каждая отдельно взятая панель и костюм, на который она крепилась, были легкими — в совокупности всех своих деталей давила утомляющим грузом. В ней было тяжело дышать и не очень удобно двигаться, броня сковывала движения, упругим корсетом удерживая спину очень прямо и прижимая живот. На лице — от брови и вниз по щеке — тянулся вязкий подтек искусственной крови. Норин была в образе Эшли Уильямс, и каждый встречавшийся ей на пути актер массовки в военной форме в шутку отдавал ей честь.
Два фильма из трилогии «Эффект массы» были отсняты и выпущены. Они прошли с громадным успехом у зрителей и принесли кинокомпании колоссальный финансовый успех. Джойс сбилась со счёта всем тематическим фестивалям и конференциям, всем большим фанатским мероприятиям, которые ей довелось посетить вместе с основным актёрским составом, и на которых им принимали с оглушительным восторгом; перечень полученных фильмами наград за компьютерную графику, костюмы, операторскую работу, музыку и монтаж продолжал стремительно пополняться; критики снисходительно засчитали картины в списки лучших из жанра космической приключенческой фантастики. Сейчас в самом разгаре были съемки третьего, крайнего фильма из серии, и Норин испытывала какую-то пока неясную, но уже неприятно щемящую грусть. Она была отобрана в первый фильм в далеком 2010-м, когда её имени никто не знал и актёрство казалось только временным заработком; а сейчас, семь лет спустя, каждый в команде был для неё своеобразной семьей, расставаться с которой после всего этого времени, проведенного плечом к плечу, очень не хотелось.
Джойс вышла из павильона, свернула к актёрским трейлерам и уселась на ступеньках своего в блаженной тени раскрытого тентового навеса. Она закурила и заглянула в телефон, полдня дожидавшийся её затерявшимся в складках скомканной постели. На экране высветилось сразу несколько десятков уведомлений: сорок четыре новых сообщения в «силах Альянса» — групповой переписке фильма, последнее из которых оказалось смайлами от Арми Хаммера; полдесятка входящих писем на рабочей электронной почте, несколько пропущенных звонков и череда полученных смс. Норин открыла последнее доставленное — от «Бетти, связь с общественностью». В сообщении была только ссылка; публицист часто присылала их безо всяких комментариев или с коротким, но красноречивым «ЭН!!!», или просто со смайлом в виде поднятого вверх пальца. Браузер открыл интернет-страницу издания «Энтертейнмент», статья на ней начиналась с двух составленных в коллаж фотографий Норин с Томом Хиддлстоном. На первой — черно-белой, снятой в сентябре 2015-го в фотобудке на вечеринке ко дню рождения Джойс — она была в большом взъерошенном парике, а Том в гигантских декоративных очках в форме сердец. На второй — в цвете, но невнятно размытой — они стояли обнявшись на станции метро в Лондоне. Заголовок гласил: «Большая английская тайна. Как мы пропустили несколько лет отношений между Норин Джойс и Томом Хиддлстоном?»
Она сделала глубокую саднящую горло затяжку и пролистнула страницу к тексту самой статьи.
«В самом свежем своём интервью мужскому глянцу британское очарование Том Хиддлстон (36) весьма недвусмысленно сообщил, что уже длительное время состоит в отношениях с — внимание! — шатенкой. Называть возлюбленную актёр отказался, но мы применим дедукцию.
Первый очевидный вывод: это не блондинка Тейлор Свифт (27). Фух! Более того, мы в редакции ставим на то, что певица никогда и не была девушкой Хиддлстона на самом деле, лишь отвлекающим маневром — слишком уж это было не в стиле чопорного Тома. Отвлекающим от кого?
Второй наш вывод — не имеющий озвученных британцем подтверждений, но не менее очевидный — таинственной шатенкой является коллега Тома по фильму «Шантарам», выходящему на экраны в октябре этого года, актриса Норин Джойс (31)»
Текст был дополнен целой серией снимков: кадр из шоу Грэма Нортона, записанной осенью 2013-го, где Норин улыбалась Тому, кокетливо опустив руку ему на колено, а он отвечал ей пристальным взглядом; тусклый размытый кадр из кем-то тайком сделанной видео-записи танца Джойс и Хиддлстона в начале 2014-го на вечеринке БАФТА; вторящий заглавной фотографии снимок с дня рождения Норин в 2015-м; групповое фото нескольких актёров «Шантарама» с засвеченными блестящими глазами и бокалами в руках на праздновании завершения съемок на Гоа весной 2016-го, где Норин и Том были тесно прижаты друг к другу между представителем индийской кинокомпании и немецкой актрисой Майке Бёлер. Там же был выложенный в социальные сети снимок с фанатами, сделанный где-то посреди Лондона в феврале 2017-го, и свежие майские фотографии из Канн, где Норин и Том позировали на фоне волнующегося моря и покачивающихся на нём яхт. Всё в статье получалось удивительно складно. Джойс зажмурилась от струйки едкого сигаретного дыма и хмыкнула в экран.