— Нина… — мужчина обхватил ладонями ее лицо и заглянул глубоко в глаза, испустив беспомощный стон, когда увидел отраженные в них эмоции. — Дома я совсем другой. Я не очень много работаю, я просто катаюсь на коньках, и… и близкие мне позволяют.
— Все дело в твоей сексуальной улыбке.
— Я серьезно. До недавнего времени я был дерьмовым братом, и я не хотел бы видеть тебя снова после того, как мы…
— Тсс. — Она приложила пальцы к его губам. — Я не знаю того человека, которого ты описываешь. Я знаю человека, перед которым стою, человека, который поможет мне лучше читать по-английски, а потом будет сводить меня с ума всю оставшуюся ночь, потому что нам хорошо вместе. Сейчас. — Она вздохнула и улыбнулась. — Есть вопросы?
Броуди убрал ее пальцы со своего рта и улыбнулся в ответ, его грудь расслабилась от облегчения, от возбуждения, от других вещей, которые внезапно перестали его пугать.
— Никаких вопросов.
От ее улыбки у него перехватило дыхание и сердце.
— Хорошо.
Слишком взвинченный, чтобы заснуть, Гриффин оставил Броуди снаружи с Ниной и вошел в гостиницу. Он был уже на полпути к кухне, когда понял, что есть одна вещь, которую он хочет больше, чем еду.
Линди.
Он пошел обратно по коридору, но Линди нигде не было-ни в гостиной, ни во дворе. Он проверил ее комнату, в которой не было женщины с огненными волосами.
А еще там нет диких котят.
Что она сделала с Люцифером? И как после того дня, что они провели вместе, у нее хватило сил быть где угодно, только не в этой постели?
Выйдя снова, на этот раз через заднюю дверь гостиницы, Гриффин услышал ее голос в темноте и двинулся вперед. Он нашел ее сидящей у ручья, Люцифер сидел у нее на коленях и хлопал лапой по подбородку.
— Успокойся, — сказала она коту, который изо всех сил старался взобраться на нее. — Ты действительно думал, что я не вернусь за тобой? — женщина тихо рассмеялась, перекрывая шум прибывающей воды. — Так бы тебе и надо, несносный маленький блохастик.
— Мяу.
— Да, конечно. — Она погладила маленькую спинку, и Люцифер выгнулся от удовольствия. — Послушай, я не собираюсь бросать тебя или что-то в этом роде, но, честно говоря, я не очень хорошая ставка.
Удивленный, Гриффин резко остановился. Линди думала, что она не очень хорошая ставка? Она, с силой и храбростью десяти мужчин? Как она могла в это поверить?
Все еще не видя Гриффина, Линди плюхнулась на спину на берегу ручья, подняла котенка и посмотрела ему в лицо.
— Послушай, Кот… я не настолько хороша для тебя. Я требовательная и напористая, и, честно говоря, я даже не такая хорошая. Серьезно, — прошептала она, — ты должен бежать, спасая свою жизнь.
Котенок не казался обеспокоенным, и Линди издала тихий смешок, который разбил сердце Гриффина, заставив Люцифера опуститься к ее груди.
— Почему ты не бежишь? — спросила она, прижимаясь щекой к его щеке.
Гриффину до боли хотелось подойти к ней, доказать, что она ошибается насчет того, что это плохая ставка.
Но и он не был хорошей ставкой.
Поэтому он собрался с духом, что было нелегко, повернулся и пошел прочь.
Глава 19
Отдохнув от пожара, Том быстро принял душ у себя дома, затем прошел по своей хорошо протоптанной дорожке к гостинице, вошел через заднюю дверь и сразу же оказался на кухне. Как он и предполагал, Роза была там, указывая нескольким местным женщинам, как все расставить; “все” было больше блюд и блюд с едой, чем Том мог сосчитать.
— Ты готовила для всех нас? — спросил он, улыбаясь, когда она резко обернулась, выглядя необычайно встревоженной.
— Ты всем рассказал? — потребовала она ответа.
— Почему ты всегда отвечаешь на мой вопрос одним из своих? — мужчина дотронулся до самого кончика ее озабоченного носа. — Все будут здесь, как только приведут себя в порядок. — Он наклонился, чтобы погладить Таллулу, которая сидела у него на ноге и, дрожа, ждала его внимания. — Для импровизированной фиесты они выйдут из леса.
— А Нина…
— Она тоже будет здесь. Ее одержимость поездкой в Штаты сменилась одержимостью братом Гриффина. Она не упустит шанса потанцевать с ним. — Том не был наивен; он знал, что его дочь питает к мужчинам исключительно здоровый аппетит. Ему просто не хотелось думать об этом, особенно потому, что на этой неделе она жаждала безработного, бесцельного американца, черт побери.