— Мы могли бы пойти этим путем, — сказал он, подождав, пока мимо них пронесся громкий реактивный самолет, прежде чем заговорить снова. — Но это заняло бы целую вечность и один день. Путешествие по Мексике, особенно по этому региону, как ты знаешь, не всегда удачно. К тому же, ты самая лучшая, — Броуди снова улыбнулся.
— Ты имеешь в виду, что лучше всего уговариваю Тома. — Но она вздохнула. Все эти припасы, которые он привез, будут иметь большое значение… — Подожди. Вы с Гриффином братья…
— Да. Пока.
Она нахмурилась еще сильнее.
— Но я не знала, что ты…
— Богатый?
— Ну… да.
— Только родители. Формально я беден настолько, насколько это вообще возможно, хотя в течение многих лет мне нравилось притворяться богатым. В те годы я потратил изрядную часть папиных денег. — Броуди вздохнул, с нежностью вспоминая.
Нина улыбнулась ему, ее темные глаза искрились любовью.
— Но теперь…
— Теперь я исправился. Любовь хорошей женщины сделает это с мужчиной.
Линди обменялась с ним потрясенным взглядом. Над ними пролетел еще один самолет.
— Любовь? — мечтательная улыбка Нины была достаточным ответом. — О, блин.
— Любовь, — подтвердил Броуди, как будто это не было написано у него на лице. — Теперь, конечно, мне придется зарабатывать деньги по старинке.
Линди покачала головой.
— Так ты действительно заставил своих родителей пожертвовать кучу вещей, чтобы я отвелаз вас домой?
— Домой. — Броуди повторил слово и кивнул. — Да, я бы с радостью назвал Мексику своим домом. Но нет, мы просто в гости. Во всяком случае, пока. Я позвонил Сэму и попытался купить тебя в качестве пилота, но он сказал, что не пойдет, если я не внесу свой вклад в "Hope International" каким-то образом… так что быстрый звонок папе, и вуаля… вот мы и здесь.
— Хорошо. — Линди направилась к своему самолету. — Давай просто сделаем это.
Нина догнала ее и схватила за запястье.
— Подожди.
— Но зачем?
— Я просто хотела поблагодарить тебя.
— За что..?
— За все.
— Я не сделала ничего, кроме того, что дала тебе всякую хрень, — но она остановилась. — Я бы спросила, счастлива ли ты, но у тебя все написано на лице.
— Ты счастлива за меня?
Миллион быстрых бойких ответов пронесся у Линди на языке, но она поймала себя на том, что испустила еще один вздох, и, глядя на лицо Нины, тоже искренне улыбнулась.
— Признаюсь, я завидую твоей ухмылке.
— Неужели? — Нина задумчиво посмотрела на него. — У тебя была точно такая же, когда ты только приехала сюда.
Линди открыла было рот, но вспомнила о прошлой ночи и тут же закрыла его.
— Ага. — теперь Нина выглядела совершенно удивленной. — Ты видела в последнее время каких-нибудь сексуальных пожарных? Может быть, переспала с одним из них?
— Это все из-за тебя. — Линди двинулась прочь с Люцифером. — И давай не будем забывать, что ты хочешь, чтобы я была на твоей стороне. По крайней мере, пока я не поддержу тебя с твоим отцом.
— Уклоняешься… — Нина цыкнула. — Нехорошо для души.
Что было бы хорошо для ее души, так это убраться отсюда к чертовой матери, по крайней мере, пока она не сможет ясно думать о прошлой ночи.
И это была всего лишь одна ночь, всего лишь еще одна царапина того зуда, который они всегда вызывали друг в друге.
И если она будет повторять это себе достаточно часто, возможно, она начнет верить в это.
— Мяу.
— Да, — Линди посмотрела на котенка, который был всего лишь обузой, и, как ни странно, почувствовала, как внутри нее разливается тепло. Эта чертова штука была такой милой. Женщина попыталась вызвать в себе раздражение из-за всех расходов и хлопот, которые он создал, но вместо этого испытала только ту глупую теплоту, которую не могла толком объяснить. — Ну, если в моей жизни должен быть кто-то еще, кроме меня самой, — пробормотала она. — Я полагаю, это можешь быть ты.
Она могла бы поклясться, что Люцифер улыбнулся, но потом услышала, как Броуди выкрикнул кому-то привет, и это тепло, которое только что распространилось по ее внутренностям, застыло.
Гриффин. Линди слышала его тихий голос, когда он приветствовал Нину и Броуди.
Он пришел. И пришел за ней.
Линди смотрела на свой самолет, в то время как ее мысли метались. Что бы это значило? Возможно ли, что у него были те же самые безумные мысли, что и у нее, что, может быть, только может быть, здесь происходит что-то гораздо более серьезное, чем просто умопомрачительный секс? Так как женщина знала, что это было написано на ее лице, она повернулась к нему спиной, когда вошла в самолет, чтобы посадить Люцифера.