— Да, — ответил маг, — Я из Визиса, направлен в этот мир для уничтожения адептов Ии.
— Да уж, — произнёс лугорг, — Я наслышан о ваших победах.
— Простите, — не понял Элиан.
— Взятие Расиуна и уничтожение двух адептов, — пояснил ему лугорг, — Ты ничего об этом не знаешь?
— Меня захватили в плен приближённые серифасского адепта, — ответил Элиан, — Помог сбежать один серифасский лорд, который хочет мира.
— Разумно, — произнёс лугорг, поудобнее усевшись на троне, — Все хотят мира с Симелханией. Новая сила, то есть мы, дали надежду на мир. Все державы ждут полного падения Олезии.
— Неужели мы сделаем это? — возмутился Элиан.
— Конечно же нет, — успокоил его лугорг, — Они тоже живые существа. Лайвел дал распоряжение уничтожить лишь адептов и подавить в них желание захватить весь мир, — Но простых жителей Олезии мы не тронем.
— А Расиун?
— Необходимость, — ответил лугорг, — К тому же простые жители не пострадали. Олезийцы планировали ударить по Стрейджену, — пояснил старик, — Но теперь у них другие проблемы. Пока они востанавливают Расиун, мы уничтожим последнего адепта.
— Что будет со мной? — спросил у него Элиан.
— Мы отправим тебя назад в Цитадель, в Стрейджен.
— Я хотел бы принять участие в турнире.
— Тогда поездку придётся немного отложить, — улыбнулся лугорг, — Есть где остановиться?
— Да, я пока живу в таверне.
— Если хочешь, можешь перебраться во дворец.
— Нет, элир, — Элиан поклонился, — я не привык к роскоши.
— как знаешь, — лугорг встал с трона, — Теперь иди.
Сделав лёгкий поклон, Элиан удалился. На выходе из дворца его встретил уже знакомый дэльф и вручил магу вместительный мешочек.
— Здесь тридцать соцветий, — сказал остроухий, — подарок от лугорга. Он желает Вам удачи на турнире.
Поблагодарив его, Элиан принял дар и отправился в таверну.
На следующее утро Элиан записался у главного герольда на учатие в турнире, который должен начаться послезавтра и не закончится до тех пор, пока пятёрке победителей не вручат ключи от выигранных ими домов.
— Хорошие деньки задались, — довольным голосом произнёс Кастис Трис, протирая топор.
— Он у тебя почему-то всегда хороший, особенно в тот момент, когда под ногами валяются тела поверженных тобой врагов, — ответил ему Валанг Лонг, осматривая тела семерых олезийцев.
Возвращаясь в лагерь, они наткнулись на взятого в плен олезийской группой воинов Вельиана Эй’Блума.
— Спасибо, что освободили меня, — ответил маг, — Не знаю, как им удалось меня незаметно оглушить?
— У тебя кровь за ухом, — сказал Валанг, — Камнем по голове может каждый, а вот сразиться на мечах, как бы это просто не выглядело, увы, нет.
— Видно, я сильно устал, — простонал от боли Вельиан, держась за голову, — Раз даже в кустах не заметил засады. А ведь знали, что я пойду через долину Сиджу.
— Кстати, — заметил Кастис, — А какого ты попёрся домой один, без лошади, до ещё и этим путём?
— Так сказали же, что долина стала безопасной!
— В глаз дай тому, кто сказал это, — произнёс Валанг потеряв интерес к мёртвым олезийцам, — То, что все сиджу в Симелхании, не значит, что долина безопасна. Да и сиджу здесь были не при чём.
— Вот-вот, — подтвердил Кастис, осматривая рану дэльфа, — Эта долина так же опасна, как и раньше. Тебе ещё повезло, что мы с другом решили вернуться в Симелханию именно этим путём!
Перебинтовав Вельиану голову, Кастис вместе с Валангом вновь обыскали тела олезийцев, взяв с собой их оружие — кинжалы, мечи и луки с колчанами уродливых стрел, и в сопровождении нового попутчика втроём отправились на Восток.
Вскоре мелигианцы и дэльф вышли к реке Змей, вдоль северного берега которой можно было дойти до гор Белый Гребень, за которым располагался Дремучий Лес, разделённый Василискиными горами, а за ними уже находился Эльф.
Остановившись на ночлег, синейцы оставили разжигание огня на мистика, а сами отправились в прилагающий к берегу реки Змей лес, из которого недавно вышли. Там Валанг заметил грибы и ягоды, и вот его внимательность и пригодилась.
Потратив на поиск пищи час, мелигианцы, возвратившись в лагерь, были шокированы. Они вышли прямиком к входу в состоящий из лозы дом. Окна были занавешены сотней маленьких листочков, а дверями служили усеянные частыми шипами ветви. Как только мелигианцы подошли к ним, они расступились, пропустив гостей внутрь и сомкнулись за их спинами.
В центре хижины, если это строение, конечно, можно было так назвать, на плоском камне потрескивал огонь, около которого, на торчащем из-под земли толстом корне деловито сидел Вельиан.