Благодарю, но я лучше зажарю пойманного тарантула и съем его. Когда я промолчала, профессор продолжил.
— Этот мужчина тебя бросил? — он изогнул бровь. — Такое случается каждый день, и как бы ни было забавно наблюдать за чужим несчастьем, люди не увлекаются подобным и забывают. К тому же, это не имеет особого значения в социальных СМИ.
Еще одна девушка подошла к нам, очередная идеальная девушка подмигнула дорогому старому профессору. Я была близка к тому, чтобы помахать пальцами перед его лицом, привлекая внимание.
— Ладно... — медленно произнесла я, стараясь не расплакаться. — Значит, вы хотите, чтобы я прекратила выкладывать позорные видео и начала делать что? Уроки по макияжу? — Это единственная вещь, которая, по моим наблюдениям, быстро распространяется и может привлечь подписчиков. — Я не пытаюсь все усложнить, просто я не знаю, чего вы от меня хотите.
Его пристальный взгляд отнюдь не облегчал борьбу с тошнотой. Не хватало еще стошнить на человека, который держал мою степень магистра в своей ненавистной ладони.
— Потерять парня легко, как и найти, а ты сделай что-то сложное, и у тебя все получится. Ты станешь магистром. Используй мозг. — Он пожал плечами. — Ты можешь идти.
— Но...
— Три недели, Остин. У тебя три недели, чтобы найти свою нишу на просторах интернета. Все, что тебе нужно — это сто подписчиков твоей истории. Заставь их полюбить тебя. Осталось лишь определиться, о чем она будет. Это, — он ткнул пальцем в ноутбук. — Не то.
Я едва справилась со злыми слезами, когда выходила из его кабинета. Часть меня знала, что я сама виновата. Я напилась и выложила глупое видео, частично из-за боли, частично из-за гнева. Слезы были больше вызваны Тэтчем, чем моим занятием.
Несчастная, я нашла свободную скамейку и уселась на ней. Испытывая похмелье.
Находясь в состоянии войны с мужчиной, собиравшимся подложить пауков в мою постель. И все зря.
Я восемнадцать месяцев надрывала задницу, чтобы пройти ускоренную программу, а теперь на моем пути к званию магистра стоит тупой факультатив! Факультатив, который большинство студентов даже не проходили, так как специализировались в сфере маркетинга.
Моя история. Он сказал, что я должна заставить их полюбить меня. Полюбить историю. История, история.
Мимо прошла державшаяся за ручки пара. Девушка выглядела так, словно плакала, а потом парень остановился и обнял ее. Он отстранился, взгляд его глаз упал на ее губы, а потом он поцеловал их.
Я наклонила голову. Их рты встретились.
Я почувствовала зависть. Нужно отвести взгляд.
Глупое сердце.
Глупое доверчивое сердце.
Глупый, помешанный на сиськах профессор! Я вскочила на ноги.
Вот что.
Он прав, любой может опубликовать видео. Любой может отомстить.
Но статья на его любимую тему о работе самого молодого и красивого пластического хирурга Сиэтла?
Я ухмыльнулась.
Но улыбка погасла, когда я поняла, какую жертву это потребует с моей стороны.
Это будет ад. Эпичный. Ад.
И я собираюсь умолять его на четвереньках — как ни странно, это одна из любимых поз Тэтча — а значит, возможно, лишь возможно, что все получится.
Или так, или он рассмеется мне в лицо и отправит к одному из своих мерзких партнеров, которые пялились на меня в тот раз, когда мы были в конференц-зале.
Я вздрогнула.
Это работа. Не личное.
Мне нужна выпускная работа, а зная Тэтча, он уже давно похоронил свое сердце. Он согласится. После этого мы разбежимся по своим дорогам.
Это даже даст мне поставить точку, то, в чем я отчаянно нуждалась.
Глава 10
ТЭТЧ
— У меня для тебя предложение, — хриплый голос Остин всегда сводил меня с ума. Я быстро повернулся.
На девушке была надета короткая черная юбка и футболка в черно-белую полоску, оголявшая светлую кожу на талии. Ремешки черных сандалий в греческом стиле опутывали икры. Она определенно пыталась убить меня высокими каблуками и еще чертовой массой вещей.
— Остин. — Проклятие, мне обязательно так хрипеть? — Я бы сказал, что мне приятно, но не хочу вводить тебя в заблуждение.
Ее передернуло, прежде чем она быстро скользнула в мой кабинет, закрыла за собой дверь и схватилась за стул.
— Да, прошу, входи. Не то, чтобы моя работа связана с проведением встреч, — наконец проворчал я, какую бы драму она ни собиралась мне устроить.
— Я завалю экзамен, — выпалила она с расширенными от волнения глазами. — Но я не могу этого допустить, не после всего, через что мне пришлось пройти. Я до сих пор живу дома и просто... — она набрала побольше воздуха. — Провал не вариант. Совсем.