— Ну, как учеба? — поинтересовался папа, когда мы просмотрели меню.
— Прекрасно, — солгала я. Мой курс может меня убить, я оказалась в постели бывшего и, вероятно, сделаю это снова, если появится такой шанс, о, и мое сердце разбито. — Все просто замечательно.
— Рад слышать, — он подмигнул и привычно обвел ресторан взглядом. Он жил за счет взглядов, которые ловил на публике. Можно подумать, что мэр — это местная знаменитость. — Итак, у меня для тебя есть кое-какая работа.
— Работа? — Прекрасно, последний раз, когда у него была для меня работа, я торговала хот-догами на его предвыборной кампании. — Какого плана работа?
Они с мамой переглянулись, мама накрыла ладонью мою руку.
— Ты помнишь сына Билла Сайфера?
— Нет. — Я покачала головой. Я намеренно забыла его, потому что от него у меня мурашки по коже и воспоминания о том времени, когда я была настолько неуверенной в себе, что была готова на все только из-за слов симпатичного мальчика, что я ему нравлюсь.
— Да помнишь! — Мама засмеялась и махнула на меня, словно я была самым забавным созданием. — Тот, что с брекетами?
— Мам, у нас у всех были брекеты в подростковом возрасте.
— Примерно такого роста. — Папа поднял руку над столом. Четыре фута.
— С брекетами и четыре фута ростом, нет, ребята, не помню, можно заказать хлеб?
— С ним у тебя был первый поцелуй!
У меня пересохло во рту. Мой первый поцелуй.
У меня много чего было с ним в первый раз. От одного разговора о нем у меня мурашки по коже ползли.
— БРЭЙДЕН! — вскричала я. Я не хотела кричать.
Головы повернулись, и мой папа, клянусь, я правда любила его большую часть времени, встал и произнес:
— Черт бы меня побрал, посмотрите, кто пришел!
Ловушка! Это ловушка. Тревога. Стоп! Нужно. Найти. Выход. О, нет, он идет к нам, план побега, план побега.
— БРЭЙДЕН! — Я улыбнулась как маньячка. — Как давно не виделись! Год? Два?
— Пять, — ответил он крайне раздраженным тоном. — Плюс-минус пару недель, когда ты отказывалась отвечать на мои звонки, сообщения и письма. Хотя, кто считает, верно? — Он сверкнул улыбкой.
Я пыталась копировать энтузиазм присутствующих. Пыталась, но провалилась.
— Я была занята... учеба, ты же знаешь.
Он окинул меня взглядом.
— Все еще ешь «Мун Пай» так, словно они скоро закончатся, Остин?
О боже, нет.
Никакого стыда.
Если он скажет еще хоть слово о моей фигуре, я искромсаю ему лицо и засуну ему в задницу.
— Очаровательно. Как всегда, — процедила я сквозь зубы. — Так что ты делаешь в городе? — В этом ресторане, за моим столиком.
Разумеется, отец выдвинул для него стул. Я была в аду.
— Только закончил юридический факультет в Стенфорде и переехал обратно. А пару недель назад встретился с твоим отцом в загородном клубе «Эверетт». — Боже, избавь меня от этого места. Все мои плохие семейные воспоминания связаны с этим рестораном, а еще мы там с Брэйденом были на первом свидании. — Ну и, слово за слово, он упомянул, что ты все еще одна.
Я собиралась пристрелить своего отца.
После.
После ужасного обеда.
Потому что отец помешан на общественном мнении. Если я не буду терпеть и улыбаться, то мне придется потом выслушивать крики, что я не веду себя как настоящая дочь мэра.
Даже если парень, которого он пригласил на обед, был полнейшим психом.
— Оу, юридический, забавно. Ты всегда был хорош в общении с людьми. — Я улыбнулась и потянулась к стакану с водой, желая о чуде с небес, которое превратило бы воду в вино. Крепкое, нескончаемое вино от самого Бога.
— Спасибо, как мило. — Он прищурился. Дерьмо, он что-то знал. Что именно?
— Остин... — Папа широко улыбнулся. О нет, сейчас начнется. — Помнишь про ежегодный благотворительный ужин? Он совсем скоро, и Брэйден согласился быть твоим спутником!
— Правда, — выдавила я сквозь стиснутые зубы. — Как чудесно, но, папа, помнишь, я говорила, что, возможно, не смогу пойти?
Он рассмеялся.
— Но ты, конечно же, пойдешь. Как это будет выглядеть, если моя единственная дочь там не появится?
— Но...
— Ты пойдешь, — коротко произнес он.
— Пойду. — Я почувствовала, как все тело обмякло на стуле, словно хотело раствориться под одеждой и спрятаться. Может, тогда Брэйден перестанет коситься на меня.
Мы с Брэйденом встречались по настоянию родителей обоих. Это была хорошая партия.
Серьезно.
Так сказали и мама, и папа.
Словно мы жили в историческом романе, и моим единственным долгом было выйти замуж за богача, чтобы у нас стало еще больше денег, и мы могли захватить мир.
Слабость от желудка распространилась по всему телу, сидя перед Брэйденом, я вспоминала все болезненные моменты, когда мы встречались.