Когда я подошел еще ближе, уже практически вдавливая девушку в дверь, заметил в ее руке бумажный пакет.
— Что у тебя там? — кивнув на пакет, тихо спросил я.
— С-суп, — заикаясь, произнесла она.
— Ты принесла мне суп? — произнес я с улыбкой чеширского кота.
— Да. Я…
Она не успела договорить. Я впился своими губами в ее. На первые пару секунд Розали застыла, глядя на меня широко распахнутыми глазами. Потом я, не прерывая поцелуя, аккуратно вытянул из ее руки пакет и поставил его на стоящую рядом тумбочку. Я обнял ее за талию и прижал к себе. Когда начал аккуратно пробираться рукой под расстегнутое пальто, она расслабилась и начала отвечать на поцелуй. Роуз обняла меня за шею и приоткрыла рот, позволив проникнуть в него языком. Клянусь, это было одновременно как умереть и попасть в рай, ну или вернуться домой. Такой знакомый запах и вкус. Они сводили с ума. Я крепче сжал ее в объятиях и схватил за попку, вызвав стон девушки. Черт, это было невероятно. Наши поцелуи стали более жадными и менее контролируемыми. Я просунул свою ногу между ее коленей, и она слегка потерлась киской о мое бедро.
Больше терпеть я не мог. Мне срочно нужно было оказаться внутри нее. Слишком долго я этого ждал. Наши движения стали хаотичными, стоны — громче, поцелуи — неистовее. Мы кусали друг друга за губы, наши языки сталкивались и отступали, губы жгло от такого сильного натиска. Знаете такие поцелуи, когда ты уже не чувствуешь самого поцелуя? Ты чувствуешь только вкус и запах, только близость человека, с которым целуешься. Но сам поцелуй — нет. Потому что губы уже онемели, и вы двигаетесь настолько быстро, что уже просто не способны насладиться моментом. Все, чего вам хочется — склеиться губами и языками и пробыть так как можно дольше, чтобы прочувствовать или даже пресытиться этим.
Мне было недостаточно. Ей было недостаточно. Она пробегала пальчиками по моей груди и животу, хватала за задницу, прижимаясь крепче. Роуз царапала мне спину, тянула за волосы. Это пробуждало во мне животное, готовое рычать на всех, кто может помешать этому. Мы даже не уловили момент, в который я подхватил ее под попку, а она обхватила меня ногами за талию. Я очень быстро прошел по коридору в свою спальню и захлопнул дверь, поставил Роуз на пол, на ходу стягивая с нее пальто. Под ним были черная расклешенная юбка и блузка бежевого цвета. Вся одежда так обрисовывала контуры моей любимой, что это вызывало непреодолимое желание раскрыть этот подарок.
В глазах Розали горел огонь. Казалось, она в любую секунду готова наброситься на меня и разорвать. Мы молча смотрели друг другу в глаза примерно минуту. Наши взгляды рассказывали о чувствах, которые скрываются внутри. И я был счастлив заметить, что взгляд Розали был наполнен той же жаждой и тоской по мне, как и мой в отношении нее. Еще секунда напряженных взглядов, и мы одновременно сделали шаг навстречу друг другу, практически столкнувшись на полпути. Я накрыл ее губы своими и, развернув, повел к кровати. Я зарывался пальцами в ее волосы, кусал ее мягкие губы. Она стонала и блуждала руками по моему телу, как будто не могла поверить, что все это реально.
Опрокинул ее на кровать, накрыв своим телом. Я боялся произнести хоть слово, чтобы не испортить момент. Я хотел, чтобы мой взгляд и жесты сказали все за меня. Я проложил дорожку поцелуев от нежного места за ушком, по шее и к ключице. Одновременно с этим моя рука проникла ей под юбку и погладила бедро, поднимаясь выше. Блять, чулки! Мне нужно было срочно снять с нее юбку и посмотреть на это умопомрачительное зрелище. Моя ладонь поднималась выше, пока не достигла пояса для чулок и тонкого кружева трусиков. Я провел кончиками пальцев над поясом, и дыхание Розали стало еще чаще, если такое вообще было возможно.
Я вытянул руку из-под юбки и начал медленно расстегивать пуговицы на ее блузке, с каждой секундой все больше обнажая вожделенное тело. Роуз часто дышала, и ее немного трясло. Эта вибрация целиком отражала мое собственное состояние. Я едва сдерживался, чтобы не разорвать на ней всю эту одежду и не ворваться внутрь, а потом вколачиваться, пока мы оба не умрем от оргазма.
Полностью расстегнув блузку, я распахнул полы, и моему взору предстал кружевной бюстгальтер, едва прикрывающий ее твердые как горошинки соски. Я резко втянул воздух и опустил вниз кружево, чтобы ничего не скрывало ее от меня, накрыл один сосок ртом, а второй перекатывал между пальцами. Спина Роуз прогнулась, и она тихонько застонала, вцепившись мне в волосы. Я слышал, как колотилось ее сердце, чувствовал мурашки, пробегающие по коже каждый раз, когда я облизывал сосок или выпускал его изо рта. Второй рукой я снова спустился вниз и отодвинул в сторону ее уже влажные трусики. Господи, там было так горячо и мокро! Она была более чем готова принять меня. Но до этого я хотел почувствовать, как она кончает. Я жаждал увидеть ее лицо в этот момент. Мне казалось, что преодоление этого барьера вернет все на свои места. Что именно ее оргазм станет отправной точкой к перевоплощению Розали и Джорджа в «нас».