Вздрогнув, Йель отошел от пыльного окна и пожал плечами. На его лице застыла виноватая улыбка.
– Я никогда не спрашивал.
– Думал, отец сожжет все, что имеет ко мне отношение.
– Вы плохо расстались, но он… Он никогда не был настолько плохим человеком, как тебе казалось, Рай.
– Наш отец? Не был плохим человеком? – Райордан скривился. – Я запомнил его жестокосердным тираном.
– Ты был юн. В этом возрасте нам всем кажется, что родители – воплощение зла. Отец всего лишь пытался вырастить из тебя лорда Большого Дома. Как умел.
– У него дерьмово получалось.
– Возможно.
– Ты что, на его стороне? Тебя отняли у матери!
– Я не помню ее.
– А что насчет Мартильды? Сколько раз она пыталась тебя убить?
– Несколько. В детстве это ранило меня, но теперь… Пожалуй, я могу ее понять.
Усевшись на покрытую пылью кровать, Йель долго размышлял, прежде чем продолжить.
– Она не могла подарить Дому наследника, много лет ее опаивали лекарствами жрецы и лекари в надежде победить женскую хворь, а после, когда все мучения остались позади и родился долгожданный сын, отец привел рыжего бастарда. Еще и ущербного. – Йель мягко улыбнулся, словно искренне понимал горе мачехи и сочувствовал ему. – Мартильда была разбита. Даже не разбита – растоптана.
– Ты вырос, но остался тем же добрым мальчишкой, – тихо сказал Райордан. – Откуда в твоем тщедушном теле взялось место для такого большого сердца?
– Тщедушном? Ты, видно, не заметил, что я выше тебя на добрых полторы головы и шире в плечах, братик.
Рай ухмыльнулся.
Тогда, в далеком сером детстве, Йель не называл его по имени. В каждой записке, написанной округлым детским почерком, можно было найти мягкое, нежное «братик».
– Знаешь, почему я называл тебя именно так? – вдруг спросил Йель, с трудом сдерживая смех.
– Потому что я твой брат, очевидно?
– Потому что не умел писать твое имя! Видят боги, мне стоило немалого труда освоить грамоту, но «Райордан»… Мартильда даже здесь умудрилась насолить мне.
Пока Рай смеялся, Йель поднялся с постели и поморщился.
– Здесь нужна хорошая уборка. Прикажу…
– Не нужно. – Отсмеявшись, Рай смахнул выступившие слезы. – Может, займемся этим сами?
– Уборкой? – Глаза Йеля распахнулись от удивления. – Ты серьезно? Райордан из Дома Ледяных Мечей, прославленный вор, владелец игорных домов, которому задолжала добрая половина богачей Дома Золота и Камней, предлагает мне заняться уборкой?
Рай пожал плечами, снял шубу и повесил ее на торчащий из стены крючок.
– Знаешь, пока я пытался стать «прославленным вором», мне пришлось научиться жить без помощи слуг. Уборка расслабляет. Помогает привести мысли в порядок.
Хмыкнув, Йель уточнил:
– Ты точно мой брат? Я помню тебя другим. И в отчетах шпионов отца ты тоже был… другим.
– Умею удивлять, правда?
– Еще как!
Они смотрели друг на друга, и на уставших после долгого путешествия лицах расцветали улыбки. Райордан чувствовал, что в груди зарождается что-то… странное. Что-то напоминавшее надежду.
– Хорошо. Тогда я прикажу…
– Йель, тебя развратила роль наследника Большого Дома. – Покачав головой, Рай продолжил: – Никаких приказов. Мы сами пойдем вниз, возьмем ведра, тряпки, метлы… И займемся уборкой.
Ему нравилось наблюдать за тем, как эмоции на лице младшего брата сменяют друг друга.
– Слуги будут в ужасе, – только и сказал Йель, вешая верхнюю одежду на крючок.
– Люблю приводить людей в ужас.
Они спустились на первый этаж и направились к крылу, в котором жили слуги. Райордан разглядывал темные каменные стены и вдыхал запах, который, как ему казалось, он давно забыл.
Запах дома.
Запах, окружавший его всю жизнь.
Запах, впитавшийся не только в одежду и кожу, но и в память, терзавший его по ночам все эти безумные, одинокие годы.
– Я могу вам помочь?
Служанка сложила руки и поклонилась, всем своим видом выражая покорность и желание угодить. Райордан отвык от этого, ему захотелось взять женщину за плечи и заставить выпрямиться. Это выглядело унизительно.
– Нам нужны ведра, тряпки, метлы… – Йель посмотрел на Райордана, словно желая убедиться, что тот не передумал. – Все, что необходимо для уборки.
Служанка недоверчиво смотрела на него и молчала.
Рай хмыкнул и подтвердил:
– Ты не ослышалась.
– Но, милорд… – Служанка говорила осторожно, тщательно подбирая слова. – Мы с радостью приведем ваши покои в порядок, если вы дадите нам немного времени. Мы не знали, что вы вернетесь и…