Не выдержав, Райордан приблизился к женщине, положил ладонь на ее плечо и мягко улыбнулся.
– Молодой лорд вернулся и желает самостоятельно сделать уборку в покоях, чтобы воскресить детские воспоминания. Неужели ты станешь осуждать его за это?
– Нет! Конечно, нет, милорд! Я бы никогда…
– Вот и прекрасно. Ведра, метлы, вода и тряпки. Пожалуйста.
Как только служанка скрылась в полумраке коридора, Йель тихо сказал:
– Ты действительно изменился.
– Ты тоже. Я оставил в замке трогательного мальчишку с открытым сердцем, а сейчас вижу перед собой уменьшенную копию отца, – заявил Рай.
– Осуждаешь меня?
– Ничуть. Ты был ребенком, и отец вылепил из тебя то, что ему было нужно. Еще один кусок звездной породы – ледяной, бесстрастный и высокомерный.
Йель резко приблизился и навис над Райорданом. Прищурившись, он потребовал:
– Возьми свои слова обратно!
– Пожалуй… нет. – Рай хитро улыбнулся. – В наказание за грех высокомерия я требую твоего полного подчинения во время уборки! Может, это спустит тебя с заснеженных вершин на землю.
Йель легко толкнул его в грудь, но заметно расслабился, когда понял, что все эти слова всего лишь братские шутки.
– Я пытался сохранить свое сердце, – тихо сказал он, отступив. – Но отец отчаянно желал поместить его в ледяную клетку.
– В которой заточено его собственное, – добавил Рай. – Я знаю, Йель. Со мной он пытался проделать то же. Но еще я знаю, что ты совсем не такой, как лорд Абботт. Ты пошел в мать, кем бы она ни была.
Едва заметно улыбнувшись, Йель кивнул.
– Невозможно превратить солнце в луну, – тихо сказал Райордан. – Как бы сильно отец этого ни хотел.
Вернувшаяся служанка вручила им метлы и смущенно попросила:
– Хотя бы позвольте кухонным мальчишкам принести воду.
– Хорошо, – сжалился Рай. – Но побыстрее.
Йель подхватил ведро, наполненное тряпками, и тяжело вздохнул.
– Если бы я знал, чем ты заставишь меня заниматься…
– Брось, я тебя не заставляю. – Рай нахально щелкнул его по носу. – На самом деле ты в восторге от того, что тебе предстоит провести несколько часов в компании брата, который повидал мир за пределами этой ледяной пустоши.
– Видят Трое, ты абсолютно прав, – снова притворно вздохнув, Йель хмыкнул. – Пойдем. И надеюсь, об этом никто не узнает.
– О, поверь мне, слухи уже расползаются по замку.
– Ты выглядишь поразительно довольным этим фактом.
– Конечно, я доволен! Огорчает только то, что я не увижу лицо отца, когда ему донесут об этом.
Поднимаясь по лестнице, Райордан услышал тихий смех Йеля и не смог сдержать улыбку.
Рай не лукавил – за годы скитаний он успел привыкнуть к простой жизни, и уборка перестала пугать его. Даже выкупив игорные дома, он продолжал помогать содержать их в порядке до тех пор, пока участие хозяина не стало выглядеть странно.
Йель же казался растерянным, когда кухонные мальчишки принесли ведра с теплой водой: он застыл у двери в нерешительности, словно не понимая, что делать дальше.
– Закатай рукава, – посоветовал Райордан. – Если хочешь, можешь переодеться.
– Нет, я… Эта одежда и так достаточно грязная после путешествия, так что… – Йель медленно закатывал рукава, не глядя на брата. – Кстати, об этом… Что мы будем делать дальше?
– С чем? – Рай обвел взглядом комнату и вздохнул, заметив паутину в углах.
– С демонами. С войной.
Говорить об этом Райордану не хотелось. Он надеялся отвлечься от нависшего над их головами хаоса, погрузившись в привычную рутину, но…
– …сложно не замечать кровожадных тварей, заполонивших небо…
– Что?
– Ничего. – Рай встрепенулся. – Мысли вслух.
Он намочил тряпку и провел ей по столешнице. Уродливые серые клубы пыли потянулись за его рукой, и Рай поморщился.
– Отец займется этим, я думаю. И тебе нужно быть рядом с ним, чтобы ничего не пропустить.
Краем глаза он заметил Йеля, брезгливо размазывавшего пыль по окну.
– Прополощи тряпку.
– Рядом с отцом должен быть ты.
– В каком смысле? – Рай нахмурился и отвлекся от столешницы.
– Ты наследник Дома. – Йель продолжал возить тряпкой по стеклу, игнорируя факт, что делает только хуже. – Твое место рядом с лордом.
– У тебя дерьмовое чувство юмора.
– Я не шучу. – Перестав мучить окно, Йель повернулся и бросил тряпку в ведро. – Отец позволил тебе вернуться. Если ты будешь вести себя подобающе…
– Ай, заткнись.
Рай отмахнулся от слов брата и раздраженно закатил глаза.
– Я не хочу вести себя подобающе, понятно? Не хочу снова надевать этот проклятый ошейник, ледяной, как сердце моей матери.