Савьер сидел на лошади, венец Дома обхватил голову раскаленным обручем. Ему казалось, что еще немного, и его череп треснет. Дыхание вырывалось изо рта натужными хрипами, он волновался, волновался так сильно, что стучали зубы.
Фрий и маршал Торэл что-то обсуждали, мальчишки-гонцы топтались неподалеку, готовые в любой момент сорваться с места и доставить приказы командования генералам, взявшим на себя управление батальонами.
Савьеру повезло: ему пришлось назначить новых генералов, найти общий язык с маршалом, но основные силы уже были собраны. На каждом этапе подготовки к наступлению Фрий оказывал неоценимую поддержку, давал советы и ни разу не упрекнул Савьера в несостоятельности.
Однако он сам только и делал, что мысленно осыпал себя самыми грязными ругательствами.
Быть лордом сложно. Быть лордом в разгар войны сложнее десятикратно.
Савьер волновался постоянно, каждое мгновение. Он просыпался по ночам в поту, ему всюду мерещились демоны. Единственное, что позволяло ему оставаться в здравом рассудке, – присутствие Монти.
Молодой лорд Дома Наполненных Чаш всегда оставался собранным и спокойным. Возможно, в его душе тоже бушевали бури, но он так хорошо скрывал их, что получил от солдат прозвище «Непоколебимый».
Вспомнив об этом, Савьер горько усмехнулся: его самого по-прежнему называли калекой.
– Нужно выдвигаться. Батальоны заняли позиции, путь к Норе свободен, мы должны воспользоваться этим. – Маршал Торэл обвел собравшихся серьезным взглядом. – Лорды?
Савьер покосился на Монти. Тот, в свою очередь, повернулся к своему маршалу – суровой темнокожей женщине.
Железная Ласточка. Воительницы чудом успели застать армию Дома Наполненных Чаш в Синей Крепости. Опоздай они на день – так и не узнали бы, куда лорд увел своих людей. Монти без раздумий назначил Шанри маршалом, и, будь Савьер на его месте, он поступил бы так же.
– Выдвигаемся к Норе, – скомандовал Монти.
Гонцы сорвались с места, из-под копыт их лошадей разлетались комья влажной земли. Савьер проводил их взглядом и выпрямился, стараясь не выглядеть таким жалким на фоне остальных.
– Мы ждем подкрепление от кого-то еще? – спросил он.
– Дом Серебряного Скарабея и Дом Золотых Пик объединились, чтобы оказать помощь Чонгану, – ответил Монти. – Один из Столпов стоит в воде у берегов архипелага.
– Надеюсь, Шамсур и Ардьяс не убьют друг друга, – пробормотал Савьер.
– Они оба слишком любят жизнь. К тому же я уверен: стычки из-за Аша’таласа давно превратились в игру, играть в которую нравится им обоим. – Монти вздохнул. – Вперед. Не будем терять время.
Выехав из укрытия, Савьер вздрогнул. Впереди, насколько хватало глаз, растянулись их армии: поток людей, напоминавший бурную реку. Сколько их здесь? Тысячи.
Конница, пехота, позади тащились снабженцы с телегами, нагруженными провизией, оружием и запасными доспехами. Лекарей окружил взвод солдат, часть лучников рассредоточилась, наблюдая за темным небом. И всюду – фонари, факелы, множество источников света, превратившие вечную ночь в подобие дня.
Тлетворное влияние Столпа ощущалось повсюду: воздух не был свежим, несмотря на близость моря; влажная земля чавкала под копытами лошадей; леса, которыми так гордился Дом Бурого Лиса, превратились в вонючие могильники, над которыми кружили огромные насекомые. Ни травы, ни другой зелени – растения погибли, снабженцам пришлось занять множество телег сеном, чтобы лошади не умирали от голода в пути.
Сама атмосфера вокруг казалась Савьеру нездоровой. Столп заражал все вокруг неведомой хворью, и никто не знал, как его уничтожить.
Еще там, в Доме-Над-Водой, они с маршалом и генералами долго обсуждали этот вопрос и отмели множество идей, начиная от подмыва основания и заканчивая подкопами. В конце концов, самым быстрым и эффективным методом сочли подрыв.
Черный порох – громовая соль, древесный уголь, сера. Его везли в отдельных повозках в запечатанных кувшинах, охраняя от вездесущей влажности. Но к Столпу все еще предстояло подобраться. Кто-то должен будет рискнуть жизнью и прорваться сквозь живую стену демонов, которые, Савьер был уверен, будут защищать Столп до последней капли своей проклятой крови.