– Она всегда хотела власти, – прошипел Халахэль. – И наконец подобралась к ней как никогда близко.
– Она? Ромэйн? Или как там ее?..
– Тет. – Генерал выглянул в коридор и поманил Хести за собой. – Пойдем.
– Я не соглашалась помогать тебе.
– Тогда сиди здесь и оплакивай свой жалкий мир.
И она сидела. Ровно пару мгновений, прежде чем сорваться и броситься следом за ним.
– Подожди! – Нагнав демона, Хести огляделась. – Почему здесь никого нет?
– Потому что все стоят у порталов и ждут, когда их отправят в Упорядоченное. Король и королева поддерживают эти порталы и тратят очень много сил. Мы должны воспользоваться этим.
– Что ты собрался делать?
Халахэль почти бежал по извилистому коридору, будто точно знал, куда идет. Хести едва поспевала за ним.
– Сначала я верну себе часть утраченной силы. А потом отведу тебя к Эмпусе. Если что-то и способно всерьез подорвать мощь Фаты, то это уничтожение бездонной демонической утробы, порождающей демонов-солдат.
– Я хочу освободить Гомиэля, – выпалила Хести.
– Ты рехнулась? – Халахэль бросил на нее презрительный взгляд. – Этот изворотливый лжец не сказал тебе ни слова правды, я уверен.
– Но…
– Он такой же, как остальные, – отрезал демон. – И если тебе хотя бы на мгновение показалось, что он испытывает что-то, хоть отдаленно напоминающее человеческую привязанность, то ты ошибаешься.
Хести поджала губы и замолчала. Она знала, что Халахэль прав. Знала, что демоны ничего не знают ни о любви, ни о дружбе, но мысль о том, что Гомиэль останется прикованным к скале и горящим, заставляла сердце болезненно сжиматься.
– А ты? – выдохнула она. – Ты ведь испытываешь…
– Это другое, – прорычал Халахэль, не позволив ей закончить.
– Ты все еще хочешь ее спасти! Даже после того, как она вырвала камень из твоей груди!
– Потому что это не она! – рявкнул демон. – Проклятый Морион отравляет ее, она не понимает, что делает!
– А вот тут ошибаешься ты, – прошипела Хести. – Люди тоже бывают жестокими лживыми предателями.
– Заткнись, иначе…
– Иначе что? – Хести почувствовала, как магия густыми каплями стекает с кончиков пальцев.
– Я убью тебя, жрица, – выдохнул Халахэль. – Убью и лишу Черную Мать возможности вырваться.
– На мое место придет другая. И именно поэтому ты до сих пор не свернул мне шею.
Демон вдруг остановился, посмотрел на нее и криво улыбнулся:
– Ты права. Сейчас намного выгоднее сделать из тебя союзника, а не врага. – Он приблизился и навис над Хести. – Помоги мне, жрица. Помоги разрушить Фату до основания.
– Черная Мать создаст новых демонов, новый мир, – выдохнула она.
– На это уйдут века. Целая вечность, если говорить откровенно. Будь она настолько могущественна, как ты считаешь, врата бы ее не сдержали.
В этих словах определенно был смысл. Хести кивнула, признавая его правоту, оттолкнула демона от себя и расправила плечи.
– Но что получишь ты? – только и спросила она, разглядывая обнаженного Халахэля.
– Удовлетворение, – прорычал он. – А остальное – не твоего ума дело.
Они потратили уйму времени, скитаясь по бесконечным коридорам жуткой крепости, которую демоны называли Черным Бастионом. Халахэль точно знал, куда нужно идти, но Хести казалось, что они не приблизились к цели поисков ни на шаг.
– Почему король не ищет меня? – спросила она. Ноги гудели от долгой ходьбы.
– Полагаю, он занят сращиванием камней, – ответил Халахэль. – Ключ должен быть целым, когда придет время открыть врата. Часть его сил уходит на поддержание порталов и управление демонами, другая часть – на создание ключа.
– Это идеальный момент, чтобы напасть на него, разве нет?
– Идеальный, но не тогда, когда я так слаб, что не могу принять истинный облик. Однако… – Халахэль скрылся под аркой, и до Хести донеслось лишь эхо его слов: – …сейчас все изменится.
Она вошла в большой зал следом за демоном и поежилась: стены вокруг пульсировали так, будто где-то рядом билось исполинских размеров сердце. На постаментах, созданных из той же плоти Черной Матери, лежали останки: иссохшие тела с открытыми грудными клетками.
Семь постаментов. Семь тел.
– Семь генералов… – прошептал Халахэль, будто прочитавший ее мысли.
– Что ты собрался…
Она не успела договорить – демон вырвал сердце из ближайшего тела и хищно оскалился.
– Отвернись, жрица. Я слишком долго ждал этого мгновения и собираюсь упиваться местью.
Хести и не думала впечатлять его смелостью, потому обхватила себя руками и вышла из зала. Прижавшись спиной к стене, она зажала уши ладонями, но все равно слышала отвратительное, мерзкое чавканье, а после – звук ломающихся костей и стоны.