– Я просто поскользнулся. Иди куда шел.
В темном коридоре Савьер ввалился в первую попавшуюся комнату и запер дверь. Для надежности подперев ее вещевым сундуком, он сел на него и запустил пальцы во влажные от пота волосы.
Сколько еще вокруг обезумевших от горя людей? Как часто его будут пытаться убить? Может, стоило вернуться в зал и рассказать об этом Монти?
Застонав сквозь зубы, Савьер спрятал лицо в ладонях.
«Меня никогда не простят. Как только война закончится, люди потребуют мести».
В это ужасное мгновение его радовало только одно: никто не знал о Джемини и Элинор. Савьер надеялся, что, если Лаверн выжил, он найдет в себе силы и увезет семью как можно дальше от Пятнадцати Свободных Земель.
Глава 9
Лаверн смотрел на тельце жареной лягушки и никак не решался попробовать. Он то и дело подносил ее ко рту, нос улавливал приятный запах еды, а живот урчал, но выпученные глаза и палка, торчавшая изо рта зверька, заставляли Лаверна морщиться и откладывать угощение в сторону.
– Видят Трое, ты бы не выжил один. – Выхватив из его рук палку, Фэй рывком оторвала лягушке голову и бросила ее в кусты. – Так лучше?
Лаверн медленно кивнул и забрал у нее еду.
На вкус лягушка оказалась куда лучше, чем на вид. Напоминала… птицу. Да, пожалуй, ее мясо оказалось похоже на птичье.
– Не так плохо, – пробормотал он.
– Выбирать не приходится, – бросила Фэй.
Они сидели на небольшой лесной прогалине, окруженные вековыми деревьями и до икоты надоевшим полумраком. Костер потрескивал, ночные твари стрекотали и хлопали крыльями. Лаверн мог бы назвать этот миг умиротворяющим, если бы неподалеку не валялось тело эмпуссии, с которой им пришлось сразиться за это укромное место.
– Интересно, их мясо можно есть? – Фэй уставилась на безжизненную черную тушу.
– Я бы не стал пробовать.
– Ты отказался даже от корнегрыза, а он был жирным и вкусным. – Она фыркнула и блаженно зажмурилась, будто действительно вспоминала, каким на вкус был несчастный полосатый зверек. – И мяса в нем было куда больше, чем в проклятых лягушках.
– Зато лягушек много. – Лаверн указал на разложенные на камнях вокруг жареные тушки.
– Было бы здорово, если бы в следующий раз ты помогал мне их ловить, а не стоял на берегу и испуганно таращился на воду.
Да, он сплоховал. После того как Верховная попыталась убить его, вышвырнув из окна, Лаверн недолюбливал воду – Багровая река едва не стала его могилой. Залезть в мутное болото, чтобы помочь Фэй наловить лягушек, оказалось выше его сил.
– Ты умеешь делать хоть что-то?
Лаверн задумался. Выживать ему никогда не приходилось – наследник лорда Большого Дома не нуждался в этом навыке. Но…
– Вообще-то, я неплохо владею мечом, – медленно начал он. – Хорошо стреляю из лука и умею охотиться.
Фэй с сомнением разглядывала его и жевала лягушачье мясо.
– Не хочешь рассказать, откуда узнал про Железный Кряж?
Стараясь сохранять невозмутимость, Лаверн открыл рот и начал врать:
– Мой отец работал в Доме-Над-Водой. Ты ведь слышала, что перед смертью Лаверн Первый был совсем плох? – Дождавшись, пока Фэй кивнет, он продолжил: – Во время одного из приступов помешательства он рассказал моему отцу о Железном Кряже. И не только о нем, если тебе интересно.
– Тайны предателей меня не волнуют, – отрезала Фэй.
– Выходит, о Ласточках говорят правду? – Лаверн хмыкнул. – Честь и достоинство для вас важнее всего?
– А ты сомневался?
– Сложно делать выводы о том, чего никогда не видел. – Он пожал плечами. – Лорд Оррен берег вас как зеницу ока, земли полнились слухами о непобедимом войске…
– Не таком уж и непобедимом.
По лицу Фэй скользнула тень, но она быстро взяла себя в руки.
– Мы были не готовы сражаться с демонами. С людьми – да. Но не с крылатыми тварями, способными разорвать лошадь пополам.
– Как ты избежала участи сестер? – осторожно спросил Лаверн.
– Не твое дело. – Фэй потерла лицо и потянулась.
– Сбежала?
Мощный удар опрокинул его на спину, а спустя мгновение сталь меча прижалась к горлу. Оседлавшая его нуада выглядела разъяренной: взгляд затянутых лунным туманом глаз пригвоздил Лаверна к земле.
– Какого?!
– Ты посмел предположить, что я струсила! – рявкнула Фэй. – Струсила и бросила сестер!
– Думать о собственной шкуре нормально! – попытался оправдаться Лаверн, за что получил болезненный тычок в ребра. – Ай!