Тошнота усилилась. Хести прижала руку к животу и почувствовала, как по виску стекает капля пота.
– Жрицы называют друг друга сестрами, однако они не понимают, что значит быть сестрами по крови. – Верховная выпрямилась и продолжила спускаться.
– Но наш народ всегда презирал семейные отношения, – пробормотала Хести, торопливо нагоняя ее. – Девочек отдают наставницам в младенчестве!
– И именно поэтому наша связь с Лагосой была такой глубокой. Нам повезло жить, зная, что рядом находится родная кровь, которая не способна на предательство.
«Еще одно слово про семью или предательство, и меня стошнит».
– Мы не одни, – напомнила Хести, бросив взгляд на бредущих позади жриц.
– Они ничего не слышат, – отмахнулась Верховная. – Я управляю разумом соты силы.
– Значит, они действительно лишаются личности…
– Последние жертвы, лунный лучик. Смирись с этим, как смирилась я. Думаешь, мне нравится видеть сестер такими? Нравится иссушать их? Нет. – Верховная покачала головой. – Но я верю в лучшее будущее для нашего народа.
– Но ведь демоны могут предать тебя! – не выдержала Хести.
– Ты знаешь не все, – коротко ответила Верховная. – Я смогу держать их под контролем после того, как мы откроем врата.
«Если сумеешь поглотить силу Черной Матери!» – хотела выкрикнуть Хести, но прикусила язык.
– После того как я поглощу силу предков, генералы перестанут быть проблемой. Когда они помогут впустить в Упорядоченное Черную Мать, я избавлюсь от них. И все закончится.
– А люди? – Хести сжала кулаки. – Ты просто позволишь демонам растерзать их?
– Это плата за силу. И месть. – Голос Верховной не дрогнул. – Они отличаются от нас, лунный лучик. Мы должны думать о нашем народе, а не о тех, кто принес нам столько страданий.
Одно и то же, одно и то же! Годами Хести слышала это от наставниц и, что самое ужасное, верила им!
Только из-за страха разоблачения она промолчала, прикусив щеку изнутри. Если Верховная поймет, что ее мысли на этот счет давно изменились, доверию придет конец, а допустить этого Хести не могла.
Лестница наконец сменилась длинным проходом с выложенными камнем стенами. Символов на них стало больше, многие из них нанесли поверх стершихся, кончики пальцев Хести покалывало от сгустившейся древней магии, запечатанной в подземелье кем-то могущественным. Чем дальше они уходили от входа, тем легче дышалось – в воздухе появилась ощутимая прохлада.
Вскоре Хести увидела первую нишу с останками: в ней лежали лишь пожелтевшие от времени кости. Верховная даже не взглянула на них – прошла мимо, взметнув пыль подолом мантии.
– Ты будешь говорить с костями? – не удержалась от вопроса Хести.
– Прояви терпение. Почти пришли.
– Откуда ты знаешь?
– Если бы ты чаще молчала и прислушивалась к своей искре, ты бы тоже знала.
Последовать совету Хести не успела – проход привел их в большой зал с неожиданно высоким потолком. В темных нишах тоже лежали останки, вот только они не имели ничего общего со скелетами, мимо которых они только что прошли: тела полностью сохранились. Издалека казалось, что нуады просто спят.
– Ох… – Хести замерла рядом с одной из ниш и уставилась на некогда красивого мужчину. – Они точно мертвы?..
– Они не умели умирать, лунный лучик, я уже говорила.
Верховная кивнула жрицам Круга, и те рассредоточились по залу. Одни суетливо сплетали магию жестами Силы, другие начали чертить на полу огромный сигил, состоявший из невообразимо сложных элементов.
Крышка большого сундука откинулась, и Хести увидела мирно спящего Джемини. Малыша явно ввели в магический сон, но он выглядел здоровым.
– Если не смогу достучаться до древних сама, использую силу некроманта, – пояснила Верховная, ласково проводя пальцами по личику Джемини.
– Это опасно? – Хести поморщилась, вспомнив боль, которую испытывала каждый раз, когда ей приходилось делиться силой своей искры.
– Для меня – нет. Для него… В конце концов, он был создан для этого, и, если вдруг умрет, я готова смириться с таким исходом.
Хести едва не задохнулась от возмущения.
– Но это ребенок!..
– Человеческий ребенок, – неожиданно жестко прервала ее Верховная. – И если ты забыла, ради него мне пришлось пожертвовать жрицами Круга.
– Я думала…
Ну конечно. То, что Хести приняла за попытку заручиться доверием Лаверна, оказалось очередным продуманным ходом.