Глава 1
— Пей! Пей! Пей!
— Пей, Ванька! Счастье на дне оставляешь!
Иван-царевич, осушив дубовую кружку, ударил ее о стол. Сморщившись, застряс он головой, разметав по лицу белокурые локоны, а толпа загремела хохотом и улюлюканьем.
Воевода Берислав ухватил его за плечо и усадил на место, напоследок от души хлопнув по спине. От удара могучей руки у Ивана глаза на лоб полезли, но он только кашлянул и заулыбался, кивая на веселые выкрики друзей.
— Ох, повезло же нашему Ванюше, — слащаво протянул один из гостей, недовольно глядя в свою полную кружку. — Того и гляди: от счастья прямо тут и кончится.
Иван прямо взглянул на Лютомира, что сказал это, но не успел и рта раскрыть, чтобы ответить княжичу, портящему своим кислым видом весь праздник, как воевода уже забасил над ухом.
— Повезло-повезло, — говорил Берислав, утирая белые усы. — Такая девка досталось, даром, что княжеская дочь.
— За князя! — не помня себя от хмеля, завопил один из бояр и его крик дружно подхватили другие.
Когда за князя выпили, тот же боярин начал что-то кричать про прекрасную невесту, поэтому Ивану пришлось уважить и этот тост. Бахнув очередную кружку о стол, он почувствовал, как закружилась голова. Резко захотелось на свежий воздух, чтобы кутерьма перед глазами утихла и лица гостей перестали плясать, размазываясь в пятна.
— Тише, Ванюша, — засмеялся Берислав, по-отечески приобняв царевича. — А то так до самой свадьбы пьяным пробудешь.
— За Василису! — не слыша его, закричал Иван и потянулся за новой бутылкой, подбадриваемый криками хмельных гостей.
— Ой, вы только посмотрите, какая прелесть! — Маша чуть ли не с головой залезла в подаренный сундук и не уставала восхищаться безделушками, которые находила там.
В девичьей комнате было тихо и спокойно. Свет давали только пару свечей у огромного зеркала, поэтому здесь разлилась благословенная темнота, укрывшая смех девушек, их раскрасневшиеся лица после веселых игр и раскинутые полы нарядных сарафанов. Единственный, кто нарушала девичье таинство — это белолицая луна, заглядывающая в светлицу.
— Ты погляди, Забава, какие бусы! Стеклянные! А на свету, как смотрятся, — чтобы убедить подружку в прелестности найденных бус, Машенька поднесла их к свечке. — Темно-красные, будто рубины!
— Нашла, чему радоваться — стекляшки. Там и сами рубины найдутся, — проворчала Забава.
— Но я таких чудных никогда не видывала. Смотри, на них лепесточки зелененькие, будто брусничка.
Забава выпрямилась и уперла руки в бока.
— Хорош уже, Машка. С твоей болтовней никакого гадания не выйдет!
— А кого ты там высматривать собралась? — ехидно спросила подружка невесты и заглянула в зеркало. — Сама с куклами еще возишься, какие тебе женихи?
Щеки Забавы вспыхнули, из княжеской груди вырвался недовольный вскрик.
— Какие еще куклы, мне уже пятнадцатый год пошел! Ты хоть думай прежде, чем говорить. Васюш, у подруги твоей язык без привязи! Болтает тут про меня всякое.
Маша засмеялась, отчего Забава обиженно надула щеки. В противоположном углу комнаты послышались шорохи и к свету вышла высокая, статная девушка. Василиса на ходу расплетала свои длинные черные косы, вынимания из них подвески с разноцветными камушками и колокольчиками. Глаза у нее были большие, синие, обрамленные черными, пушистыми ресничками. Ее белое, тонкое лицо выделялось алыми, припухлыми губами. На ней был тяжелый, ярко-красный сарафан, но даже ему было не скрыть ее гибкий, девичий стан. Прошлась она между спорящими легко и неторопливо, словно лебедушка по глади воды, и, шурша шелками, села на пол.
— Как вы еще не устали, спорить сил находите, — пожала она покатыми плечами и, взяв свечечку, передала ее Забаве. — Держи, сестрица. Смотри через огонь прямо в отражение. Смотри внимательно, взгляд не отводи, чужих речей не слушай и тогда твоему суженому ничего другого не останется, как тебе показаться.
А пока Забава смотрелась в зеркало, Василиса оглянулась на подругу, что продолжала рассматривать подарки царевича.
— Ну-ка, покажи, что там такое, — заулыбалась она и, увидев красные бусы, похожие на бруснику, покивала. — И правда, на ягоды похожи.
Взяв увесистые бусы, она подозвала подругу к себе и надела их ей на шею.
— Ну что ты, — поджала губы Маша. — Это же свадебный подарок, нельзя такое раздавать.
— Бусы теперь мои, делаю с ними, что вздумается. К тому же, вряд ли Иван будет в женских вещах рыться, проверяя, не растеряла ли я его подарки.
Маша расплылась в улыбке и, сердечно поблагодарив за подарок, продолжила показывать невесте интересные вещицы. Вскоре Забава вздохнула и отложила свечу.