Глава шестая.
VI
13 октября 1824 года, Берлин.
Они не вернулись к ужину. Как я могла не догадаться в самом начале? Это поместье проклято, люди в нём тоже прокляты. Не люди, а звери! Любое чудовище добрее род-ного дядюшки и его слуг.
Совершенно неудивительно, почему пропали мать и отец. Сперва это было лёгкое недоразумение. Лёгкое раздражение дяди Мануэля, который, похаживая перед камином в гостиной, поминутно наливал в свой бокал алко-гольную жидкость.
Его нервы всегда успокаивал алкоголь, ниче-го более. Белый свет его раздражал, поэтому дядя был вынужден сидеть в четырёх стенах. В некие моменты, чтобы забрать почту, он отправлял меня, нежели слугу; в его поместье их было вдоволь, так почему нельзя позаботиться об их работе? Или он сам меня принимает за служанку? До сих пор помню тот день, когда из его уст выскользнули эти гнусные слова о демонах.