Месса закончилась спустя час. Мои колени поднялись с холодного пола церкви.
По моей просьбе занять несколько минут у отче, то не отказал мне в уединённом разговоре в прихрамовой галерее. Она представляет собой тихое и уединённое место, расположенное у входа в святыню, украшенное простыми, но благородными каменными и деревянными арками. Внутри её царит благолепие и спокойствие: стены покрыты светлой штукатуркой, окна с витражами пропускают мягкий, цветастый свет, наполняя пространство ощущением благодати и умиротворения. По бокам расположены невысокие лавки из тёмного дерева, на которых верующие в молитве и размышлениях находят утешение. На стенах висят иконы, освящённые веками, а мягкое пламя свечей создаёт ощущение присутствия божественного благословения.
– Я готов выслушать тебя, дитя моё. – начал говорить отче Франсуа Беранже.
– Моей душе нет покоя уже много времени, отче, – тяжёлый вздох сорвался с моих губ. – Моя любовь, супруг мой, тяжело болен, чахотка забирает его силы с каждым днём. Белоснежный платок покрывается кровью, точно алой, тёмной. Должна я попросить вас помолиться за мужа моего, дабы Господь наш даровал ему скорое выздоровление, будь на то моя воля иль же его, он бы появился тут пред ликом божьих икон.
Да за тётушку мою, прошу вас, отче. Мадам Шарлотта, покойная женщина, что так лелеяла меня и любила, её душа чиста, безгрешна. Мы с ней посещали Бога, пока жили в Пруссии. Я буду премного благодарна вам за милосердие и великодушие, если же вы упомянете моего супруга, Мисье Корбина де Трефле-Пике и тётушку мою, Шарлотту Гейзенберг. – отче обратил свой взор в глаза мои, его голос звучал мудро и умиротворённо.
– Дорогая моя сестра во Христе, сердце моё скорбит за ваши страдания и за мучения вашей души, ищущей утешения и покоя в Господе нашем Иисусе Христе. Нет боли, которая не могла бы быть облегчена молитвой и верой в милосердие Владыки. Уверяю вас, что мы вместе вознесём наши молитвы за здоровье вашего благословенного мужа, месье Корбина де Трефле-Пике, да снизойдёт на него благодать Божья и исцелит его страдания. Пусть Господь даст вам силу и терпение в эти скорбные дни, а также дарует покой вашей душе, чтобы вы нашли утешение в Его святой воле.
Что же касается души покойной мадам Шарлотты, то её добродетель и чистота сердца навсегда останутся в памяти и молитвах наших. Пусть Господь примет её душу в Свою обитель и вознаградит за любовь и заботу, которые она щедро дарила вам и окружающим.
Молюсь о вас и ваших близких, и пусть Всемилостивый Бог укрепит ваши веру и надежду. Верьте, что невидимое – более реальное, и что молитва – могущественный ключ к милосердию Господа. Аминь.
– Благодарю вас, Отче, за ваше время и мудрость. – в завершение от меня последовал уважительный поклон. Душа моя теперь словно очистилась от долгого груза, что предстояло нести все эти месяцы.
Покидая стены святой церкви, в последний раз я перекрестилась и вскоре добралась к карете.
Мария встретила меня опущенным взглядом и прямыми, бесчувственными словами.
Но для меня её поведение теперь не было важным.
– Как прошла ваша молитва? – осведомилась Мария, спустя долгие минуты молчания.
– Святой отец выслушал меня, я осталась довольна его ответом, моя душа очистилась в стенах этой святыни. – недолго последовал мой ответ, со своей головы я сняла платок из светлой ткани, открывая взору девушки свои собранные в причёску волосы.
– Месье Сарж осведомил меня о скором прибытии лекаря, – начала Мария.
– Лекарь до сих пор не прибыл? – в этот раз я не позволила недовольству вновь посетить мой разум. Лишь чистому любопытству.
– Месье сообщил, что лекарь Доминик, должен прибыть к концу этого часа, миледи. Месье сообщил, что тот очень торопится прибыть как можно раньше, по просьбе слуги господина.
От меня последовал лишь тихий кивок. Кареты прибыла на территорию замка быстрее, как мне казалось, при отъезде мы добирались дольше, нежели по прибытии.
– Месье! – я окликнула мистера Саржа, как только тот попался в моём поле зрения. Сама того не замечая, я подбежала к лакею, маленькими, но быстрыми шагами, стараясь не споткнуться о ткани платья.
– Мадам. – поклонился лакей.
– Месье Доминик. Мария осведомила меня о скором прибытии лекаря. Как себя чувствует мой супруг? – тяжёлое дыхание после столь быстрой, но короткой пробежки посетило меня сразу.
– Месье Корбину крайне… – на мгновение умолк лакей, тщательно подбирая слова. На его лбу я разглядела морщины принахмуренных бровях. – Нехорошо мадам, вынужден вас расстроить, как бы то ни было печально. – от этой новости моё сердце ушло в пятки.