– Месье? – вопрос сорвался с моих губ.
– Ну же, ну же! Вставайте! Поднимайтесь! Боже праведный, какая вы лентяйка! Живее! Учитель танцев ждёт вас внизу, справа, самый последний коридор и налево. Я вас туда отведу! Вы любите танцы, как осведомил меня наш господин. С самого утра танцы – есть хорошая разминка и пробуждение. – все свои слова мужчина говорил быстро, параллельно ругаясь на меня за лень и непорядочность.
– Смеете так кличить меня в столь раннюю пору? – усмешка появилась на моих губах, но исчезла также быстро от одного воспоминания о Элуаз и её дерзкого отношения. Месье Николас, пусть и не дозволено мне знать истину, полагаю является её союзником.
– Смею выпороть вас розгами коль захочется мне! – взмахнул руками мужчина, вызывая у меня повторный смех и улыбку. – Эта мадам ещё и позволяет себе хихиканье! Мало того что вы уже обладательница столь страшного греха, как лень. Так, ещё и к этому прибавляется неуважение к доверенному слуге его светлости! Для меня и моей чести. Это – восьмой смертный грех! – теперь я позволила себе смеяться во всю душу, до той поры, пока у меня не пошли слёзы. – Какая вы бесстыдница, мадам! – Николас помог мне подняться с постели, сразу после отвернувшись. Дабы не видеть всю ту кожу, что просвечивала светлая вуаль, в несколько слоёв, кремовый оттенок был заметён. – Я пришлю вам служанку, две служанки! Они подберут вам платье. По просьбе месье Джереми, Ориана, Литеция и Исадора будут вашими фрейлинами. Ни шагу без них вы не сделаете мадам, вам скучно не будет. – в последнее мгновение улыбался уже месье Николас, моя улыбка тут же исчезла.
Исадора подобрала мне платье нужного фасона, Литеция оттенка, а Исадора с прелестными украшениями и вдобавок причёской.
Платье золотисто-бежевого цвета, сходное на шёлк. Пышная юбка с глубокими складками, лиф плотно облегает торс, а широкий вырез подчёркивает линию шеи и плеч. Рукава длинные, расширяющиеся к запястью, с пышными оборками у плеч.
Волосы уложены в элегантную причёску с крупными, мягкими локонами, спадающими на плечи. В волосах закреплён маленький, золотисто-светлый бант.
– Месье Тибо Деламар искусен в танцах, – начала разговор Литеция. – Вы будете в восторге от его умений, месье Джереми бы не назначил нас вашими фрейлинами, быть-то мы простыми неумехами, – все три девушки посмеялись.
– Вы служанки.
– Немного выше статуса служанки леди, но в замке господина, пожалуй, вы правы. – вздохнула Исадора.
Всё остальное время я молчала, не желая проявлять нежное отношение к служанкам, посланным месье Джереми. Этим леди доверять нельзя. Всё и так понятно, что они шпионки, сосланные сюда, дабы следить за мной и за каждым моим шагом. Одна уборная тут является местом для личного короткого временипровождения.
– Ставьте ноги осторожно! Вы белоснежные голуби, помните! Голубки! Вы перхаете в небе, крыльями создавая иллюзию чистого танца! – слова месье Тибо эхом отдавались в моих ушах. В голове гудело от постоянных криков учителя танцев и его вечной похвалы. Месье Джереми, был наслышан от месье Николаса о моём довольстве от льстивых речей, но этот мужчина воспринял всё слишком серьёзно.
– Один шаг, второй, вы прекрасны моя леди! – продолжал свою похвалу месье, не сводя взора своего с моих ног и ровной осанки. Мой же взор был направлен в пустоту.
– Не будьте так серьёзны, больше смеха, вы должны сиять в танце с месье Джереми. С нашим милостивым господином, его светлостью! Улыбайтесь, я потанцую с вами! – ладони мужчины захватили мои в танце, от столь частых кругов, моя голова слегка кружилась. Но по просьбе учителя, улыбка, пусть натянутая, не сходила с моего лица. Он танцевал с тремя фрейлинами, но больше всего внимания уделялось мне. Комплименты сыпались с его уст, словно язык его с самого рождения из чистого золота.
– Будьте вежливы, – Николас, сопровождая меня, не переставал говорить. – Месье не любит дерзость, держите глаза опущенными, лучше вообще не поднимайте. Мне за вас отвечать, мадам.
– Леди Элуаз столь же скромная при разговорах с месье? – осведомившись, я посмотрела на лакея.
– Леди Элуаз в этом замке, подобно самой королеве. Будьте осторожны и не ругайтесь с графиней. Вы гостья здесь. Тем не менее ваш муж погиб по божьей воле, теперь вы собственность моего господина. Он может с вами, что пожелает утворить, хотя языка лишить по желанию леди Шелавье.
Мы приближались к покоям месье Джереми. Николаса было практически неслышно, лишь его тревожное дыхание. Мне оставалось лишь быть уверенной и гордой, сколько бы замечаний мне ни делал лакей.