Наследие Валдорин
В комнате мерцал кристалл, и как бы Элинара не настраивала его, он не хотел работать как положено. Плохой знак, но плакать поздно: вещи собраны, а девушка одета в траурный чёрный. Для каждого Люмира с поверхности спуститься в Свод подобно гибели. Слишком изнежены, медлительны и неповоротливы – привыкли находиться под защитой стен. Внизу же царили строгие порядки, а вводила их сама судьба. Захочется ей, и на человека обрушится подземный потолок, до этого крепко стоявший на каменных опорах. А если встретится монстр на пути – пощады не жди. Под землёй они в сто крат хитрее и злее.
И Элинара чувствовала, что это будет не просто спуск в Свод, чтобы погулять и вдохнуть тяжёлой жизни. Надо быть готовой к тому, что остаться придётся на несколько дней. Поэтому с собой она взяла и магические ингредиенты, и несколько ещё неактивированных рун. Как вдруг её осенило. Как она могла забыть?
– Арион, Арион! – шептала она, достав руны, похожие на те, что отдала парням. Они поблескивали слабым светом.
Когда свет стал ярче, девушка услышала в ответ знакомый голос:
– Элинара, какого Разлома тебе надо?
– Что значит какого? – удивилась Элинара и шёпотом продолжила: – Я сегодня должна спуститься в Свод. Отец ничего не говорит, но хорошего мне там мало будет... И я хотела бы тебя попросить кое о чём.
Арион молчал, руна замерла в ожидании слов. Девушке сложно было просить о чём-то. Конечно, она виновата, что всех поймали и теперь им несладко придется. В такой ситуации просить об услуге — просто дерзость. Но что оставалось?
– Позаботься о Лине. Это всё, о чём прошу.
Элинара даже не стала слушать, что на это ответит Арион. Она просто разбила руны. Их всё равно отберут, когда она будет спускаться. Если бы они были не использованы, то девушка их просто спрятала бы в одежде, которую уже сложила в холщовый мешок. В нижнем белье, например, — там точно искать не станут. Но активированные руны засекают сразу же, они испускают заметный магический след, ведь работают непрерывно. Почему нельзя было зайти в подземный город с рунами, Элинара не знала. Её не посвящали в государственные дела, а там лишь отмахивались, мол, сбивают работу кристаллов.
– Тайны тут, тайны там, – вырвалось у Элинары, и она отключила нестабильный кристалл, так и не починившийся под воздействием магии.
В дверь постучали, а потом заглянули. Это была мама Элинары – Весталия. Женщина аккуратно протиснулась через не до конца открытую дверь и притворила её за собой. Она была аккуратна собой, и ничто в ней не выдавало работу в кузнице. Но Весталия и не стояла на оборудовании, где плавили сталь или делали из неё всевозможные предметы. Не касалась женщина ни глины, ни камня, и никогда не марала руки. Весталия вдыхала жизнь в уже законченные работы и доводила их до шедевра. Её руки создавали искусство, воплощали в жизнь сюжеты сказок и преданий, сохранившихся с времён, когда Солнце ещё пылало жизнью. Она рисовала на созданных в кузнице кувшинах, расписывала кирпичи, чтобы из них потом сложились затейливые домики, украшала метками и знаками стальное оружие, отражая в них душу хозяинов.
– Как идут сборы? – спросила Весталия, оглядев комнату.
Элинара закинула мешок с пожитками за спину и пожала плечами. Обычно их мама старалась держать дистанцию и не пришла даже тогда, когда её дочери исполнилось шестнадцать. И кинжал, передававшийся из поколения в поколение, достался девушке лишь спустя месяц, когда Весталия соизволила выйти из кузницы. Элинаре оставалось лишь догадываться, отчего так холодна была мама. Но обида уже закралась в душу и жгла неприятно грудь.
– Нормально, – буркнула она и собралась уходить. Её ждал рыцарь, которого отец попросил сопровождать дочь в Свод. – Лучше некуда.
Тонкие пальцы Весталии коснулись локтя Элинары, останавливая от побега. Мать усадила дочь на стул, сама же села рядом, на кровать. Собранный мешок отложили, приставили к ножке стола. Крутя несколько позолоченных колец, женщина нервничала и непривычно долго подбирала слова, словно хотела сказать что-то важное. И Элинара даже послушно сидела, желая всё-таки услышать, что хочет от неё мама. Кристалл ровно засветился, стоило Весталии коснуться его. И тогда она сказала:
– Там опасно. Не мне рассказывать, ты была там уже однажды, но сейчас всё совсем по-другому, – женщина запнулась и взглянула на пояс Элинары, где хранился кинжал. Она не дала дочери вставить слово, перебила и продолжила: – В кинжале сокрыта сила нашего рода. Это не просто сталь. Это артефакт, который скрывают Валдорины. Порой даже от самих себя... Дай мне его, и я попробую объяснить.