Ничего не оставалось, кроме как нарисовать её, и парень взял небольшой лист бумаги и чернила с пером. Так аккуратно, как было высечено на камне, у него не получалось, но все линии Кайрен копировал точно — ни одной не пропустил. Руна получилась острая, непохожая на защитную, ведь те обычно закруглённые, и парень даже остановился перед тем, как положить лист на грудь Ариона. Не убьёт ведь это его?
— И что говорить? — уже почти сдался Кайрен. Теперь он точно будет просить уроки по рунам...
Как оказалось, слова здесь были не нужны, и лист с нарисованной руной засветился и истлел, оставив после себя только пыль.
Арион закряхтел и даже присел, разглядывая окружающие его объекты. Он держался рукой там, где было сердце, и пытался вспомнить, что случилось. Долго думать не пришлось, Кайрен поднял его за подмышки и поставил на ноги. Видеть перед собой недовольное лицо нервозно, и Арион смог выдавить из себя только:
– Извини.
Он так и не объяснил ничего идущему впереди парню. Да и мог ли? Заглядываясь на заросли торна по пути, он думал, как там живут те, кого он называл своей семьёй и друзьями. Ненавидят ли всё ещё его или уже простили и готовы принять обратно? Тут, у Люмиров, ему было жутко одиноко, а проклятие, висевшее над ним, только омрачало существование. Он не мог рассказывать ничего про Ноктурнов, точнее, не должен, но ведь и они сами виноваты — бросили его среди заклятых врагов. И если первые годы с ним ещё связывались и присылали послания, то сейчас тишина. Его оставили одного.
Арион уже пришёл в себя и даже догнал Кайрена, спешившего в безопасность. Оно и понятно. Стоит луне скрыться, как даже её тусклый свет исчезнет, и уж тогда точно весь ужас и страх выйдет из мрака, чтобы пересчитать им косточки. А он, считай, один на один будет биться, ведь Арион и меча поднять сейчас не мог.
В руках Ноктурн сжимал кулон с тем самым камнем, с которого счертили руну, и Кайрен, перестав злиться, всё-таки спросил, что она значит.
– Это... – пытался что-то придумать Арион, но его ткнули в бок.
– Не ври мне, я же узнаю.
Улыбка, засветившаяся на хитром лице, тут же приземлила Ариона. И правда, пока он не придумал дешёвый способ обезопасить себя от чтения мыслей или попросту не украл магические ингредиенты, можно даже не пытаться врать. Было в этом и что-то приятное, ведь от лжи уже хотелось плеваться.
– Разлом, – открыл ладонь Арион и посмотрел на угловатую руну, словно разверзшую пасть, – Люмирам эта руна незнакома. Она наша, Ноктурнов.
– Почему ты потерял сознание? – внезапно спросил Кайрен и заметил за кронами деревьев каменные стены. Они уже близко.
– Мне нельзя говорить лишнего о нас. И если проклятие предчувствует, что меня вот-вот раскроют, то... вот так защищает.
Кайрен усмехнулся.
– Защищает? Больше похоже, что убить хочет.
Арион пожал плечами, но версия Кайрена и правда больше походила на правду. Сил ужасаться не было, да и кем? Ноктурнами? Они были готовы по головам своих братьев пойти, лишь бы достичь целей, понятных только им.
– А почему не упал тогда в деревне?
– Ты тогда ещё ничего не узнал. И я не всегда понимаю, как это проклятие действует. Вчера, например, я свалился, когда Тарен отчитывал за Люминвиль.
– Может, твой старик что-то понял?
Арион боялся этого. Тарен стал для него не просто наставником, но и ближайшим Люмиром, которому он верил и готов был прийти, когда станет на душе плохо. И потерять это будет больно.
– Ладно, допустим, – сказал Кайрен и указал на руну, всё ещё лежавшую в руке парня. – А это-то как помогает тебя вернуть? И сколько действует?
– Ноктурны верят, что Разлом несёт не только отрицательную энергию, но и часть положительной. У этой руны два вида, и моя вроде как со знаком плюс. Я и сам в этом мало понимаю, её дала мне мать. И про время действия тоже без понятия...
Тиховодье, в которое так спешили парни, встречало их сонно и тихо. Они спокойно прошли через ворота и оказались внутри деревни. По ней протекали реки, в которых жители разводили рыб и пресмыкающихся, идущих потом на стол к Люмирам.
Кайрен за весь разговор понял, что Ноктурны не очень-то добры даже к своим. И вряд ли они будут милы с Люмирами. В одном он был уверен: Ариона надо держать при себе: мало ли вспомнит что-то. Хотя больше было похоже, что тот совершенно ничего не знал. Но Кайрен ни за что не упустил бы возможности доказать отцу, что он не бесполезен, и Арион в этом ему точно мог пригодиться.
– Приветствуем, гости из города, – выплыла из-за дома старушка и, облокотившись на трость, встречала незнакомцев.
Она была низковата даже для своего возраста и приходилась парням по пояс. Арион поздоровался в ответ. Кайрен осмотрел женщину и, достав всё тот же знак с Солнцем, сказал: