Пока Элинара успокаивала уже рыдающую сестру, Арион прошёлся по комнате. За ним следовал пристальный взгляд Кайрена, но сам он так и стоял, прислонившись к столу. Молчаливый и суровый надзиратель...
Арион заметил, что кристаллы в Доме Камня и Стали на порядок лучше, чем на улицах Веллмиры. Свет от них растекался приятный, а от кристаллов чувствовался жар. Я бы назвал этот цвет мягко-жёлтым: не слишком яркий, не слишком бледный. Держали кристаллы вылитые из тёмного металла статуи. Одна из них очень напоминала жезл, а другая девушку с прозрачным кувшином, из которого и лился свет. Остальные кристаллы были маленькие, вбитые в руны магией, и светились они слабее, чем в статуях.
– Эта женщина когда-то была реальной.
Кайрен подошёл, остановился рядом и указал на кувшин.
– Она разливала из него свет. Пожалуй, такая магия сейчас пригодилась бы нам, но у кого найдётся столько потенциала? Элинара, – обратился он к девушке, и та подняла голову. – Ты говорила, что это твоя бабушка?
– Почти. Прабабушка. Мы не так много о ней знаем, библиотека сгорела, и все упоминания пропали. – Элинара встала, отряхнулась и помогла подняться сестре, которая плакала, сидя на полу. – Но я точно уверена, что её кувшин где-то сохранился. Хотя Кайрен прав, даже если его и найдут, никто им не сможет воспользоваться.
Смазывая слезы, сестра кивала, подтверждая слова. Её приступ истерики Ариону казался наигранным, и сама Элинара упоминала, что Лиана – капризная девица. Все думали, что тема уже закрыта, и тогда они сели за стулья, но младшая сестра тихо, почти шёпотом, произнесла:
– Отец не отпустит тебя.
– Он не может меня здесь запереть, – спокойно ответила Элинара. Она достала из мешочка, который взяла из ящичка в столе, несколько магических камней. Они переливались сразу несколькими цветами, и на каждом горели две высеченные руны: «Слух» в виде ушной раковины и «Голос» в виде раскрытого рта. Такие камни высоко ценились среди магов и рыцарей, ведь позволяли сообщать информацию на расстоянии. Элинара покрутила одну пару камушек, закусив губу. О чём она думала, можно было лишь гадать. Но когда девушка подняла взгляд от мерцающего артефакта, стало ясно, что задумала она недоброе. Последний раз с такими глазищами они с Арионом попали в болото, где чуть не увязли вместе с камнежабами.
И в этот раз приключение, задуманное Элинарой, не сулило ничего хорошего. Девушка толкнула парням по паре камней и одну оставила себе. Арион видел, у неё было ещё несколько, но сестра не получила артефакты. Кайрен даже вздохнул с облегчением. Но Лиана, которая с обидой глядела на сестру, сжимала в руках подол платья и не могла поверить происходящему. Арион, не зная всех тонкостей отношений сестер, хотел спросить у Элинары, может быть, она бы послушала его или Кайрена, но Лиана вскочила и умчалась из комнаты, не забыв громко хлопнуть дверью.
– У нас мало времени, – сказала девушка и, заделав свои медные волосы в пучок, повела нас в коридор.
Трудно было представить реальные его размеры, они шли достаточно долго, чтобы их могли найти, но никто, возможно, и не искал.
– Твой отец просил меня защищать тебя, – напомнил девушке Кайрен.
Арион внимательно слушал.
– Занимайся этим, главное, не мешай мне. – Она остановилась и приблизилась почти вплотную к парню. – Но если боишься его, то ступай за сестрой. Так всем будет легче.
– О нет, я не пропущу шанса увидеть, как тебя разрывают монстры.
Арион не мог не заметить, насколько натянутым получился разговор. Он думал, что они друзья. Но Элинара всем телом напрягалась, стоит услышать голос Кайрена. Может, в этом есть какая-то причина? В любом случае, это всё сейчас было неважно, потому что Элинара привела всех в комнату для ритуалов. Там уже был начертан знак переноса, осталось лишь добавить место назначения. Легкой рукой и с помощью света девушка начертила «Люминвиль». И уже через секунды они переносились туда, где Разлом забрал сотни человеческих жизней.
Тени разрушенной деревни
Переход прошёл не так гладко, как хотелось бы. Арион повис на раскидистом дереве с тёмной и сухой корой. Кайрену повезло чуть больше, он отряхивал с брюк грязь и пыль, которая налипла после падения в яму. Всё смахнуть не получалось, и теперь ткань была в влажных, темно-бурых пятнах. В воздухе тоже чувствовалась влага, скорее всего, недавно прошёл дождь. Я вмазалась лицом в лужу и теперь пыталась привести себя в какой-никакой, но достойный вид.