— Как все прошло? — спросила Лиара, терпеливо дождавшись пока сын закончит приводить себя в порядок.
— Неплохо, — признал Лорс, слегка скривив губы в пренебрежительной усмешке. Толпу так легко обмануть. В голове возникла картина разгромленного посольства астшана и изуродованные тела, усмешка сменилась легкой бледностью. — Но белые стали брать на себя слишком много. Это становится опасным.
Лиара не ответила, но мысленно согласившись с сыном. Умение, с которым белые жрецы управляли эмоциями городской толпы, направляя, а вернее натравливая ее на астшанцев, не ускользнуло от ее внимания. Именно поэтому Лорсу сегодня пришлось потрудиться, а Красному двору порядком раскошелиться. Любовь толпы стоит дорого. Иной голос в Палате Власти обходится дешевле.
Пусть Белые жрецы союзники. Но ни для кого не секрет, что союз этот временный. Белые пытаются использовать Красный двор, Красный двор — белых. Но теперь, когда Первый принц устранен из гонки, а Синий двор потерял ценного союзника в лице посла астшана, Белые жрецы становились ненужными. Более того, уличные волнения наглядно показали, что они представляют реальную угрозу.
Глупо вскармливать одного дракона, чтобы он сожрал другого. Ведь для нового зверя ты все равно такая же еда. Мириться с усилением Белых жрецов Лиара не собиралась. А значит, былому союзу пришел конец.
От размышлений ее отвлекло появление брата. Пока Лорс прикармливал городскую чернь, возомнившую себя властью в столице, Элай занимался обыском Зеленого двора и допросом исканцев, остановившихся где-то в городе.
— Надеюсь у тебя хорошие новости? — без особой надежды спросила Третья императрица.
— Нет, — подтвердил ее опасения брат. — Наемники дали нам обыскать подворье, на котором остановились — Тара они не прячут. Хотя и охраняют часть его личных вещей… Ничего особо ценного, — отрицательно дернул головой Элай, предвидя вопрос сестры о богатствах Зеленого двора, пропавших вместе с принцем.
Была надежда, что хотя бы здесь им повезет. Но нет! В Зеленом дворе ничего не осталось. Создавалось стойкое ощущение, что Первый принц только и ждал чего-то подобного. А потому, подготовился заранее. Причем сделал это столь тайно, что следует поразиться не его предусмотрительности, а ловкости, с которой все было проделано.
— Эти люди опасны. Исканцы даже не отрицают того, что служат Тару. Да и соленые клинки капитана Морана подчинятся приказам Тара, несмотря на все заверения в покорности Палате Власти, — раздраженно процедил Лорс. — Нужно разделаться с ними, пока есть такая возможность. Или хотя бы отослать из столицы.
— Исканцев слишком мало. Они не опасны. А соленые клинки… Вины на них нет, а потому трогать их опасно — настроим против себя не только моряков, но и легионеров. Кому теперь подчиняется экипаж «Императрицы Имсаль» непонятно. Решение об их отсылки из города придется принимать через Палату Власти. А «голоса» слишком привыкла к подачкам, — признала Лиара, уперев невидящий взгляд в стену. — Особенно сейчас, когда идут выборы. За это маленькое одолжение Красному двору они захотят весьма немаленькие деньги. А они нам еще понадобятся на покупку голосов. Мы и так поиздержались.
Лиара скривилась. Выборы императора — дело дорогое. Но порядок сумм ей казался настолько иным, что порой ее голову посещали сомнения. Может стоить плюнуть на все и просто продать голоса Красного двора? С такими деньгами уже не так важно, кто сидит на троне.
— Сейчас меня больше волнуют Белые жрецы, а не остатки Зеленого двора, — признала она, после недолгого молчания. — Тар опасен, но не настолько безумен, чтобы штурмовать столицу с сотней воинов. А у белых, как показала эта ночь, в столице целая армия. Армия, готовая рвать и крушить по первому приказу… Элай? У тебя что-то есть?
— Ты, как всегда, догадлива, моя дорогая сестра и императрица. — В руках главы клана Вэйр появился свиток. — Один из моих людей из числа Серебряных крыльев сумел раздобыть интересные сведенья. Через пять дней у наших белых друзей прибавится адептов. Из тех, что владеют не столько словом, сколько мечом. Нам известна примерная численность и их маршрут.