- Ну, а любовь? - мягко спросила Кэтрин.
- Вы имеете в виду романтическую любовь? - Он пожал плечами. - Не берусь судить о том, чего сам не пережил.
- Так ни разу и не влюбились? - не поверила Кэтрин.
- Мне было девять лет, когда сестра моего друга Люсьена сделала мне предложение, я с радостью его принял, - весело произнес Майкл. - Элинор была сущим ангелом с серебряными крыльями.
Видя, как потеплел его взгляд, Кэтрин заметила:
- Не пренебрегайте вашими чувствами только потому, что были тогда ребенком. Детская любовь необычайно чиста и взрослым почти недоступна.
- Возможно, - согласился Майкл, вертя маргаритку между большим и указательным пальцами. - Через два года Элинор умерла, и наша любовь на том и закончилась.
И все-таки, подумала Кэтрин, это давнее чувство не могло не оставить следа в душе Майкла, и он все еще мечтает встретить ангела с серебряными крыльями.
- Но вы можете полюбить снова.
Майкл нервно смял маргаритку, долго молчал и наконец произнес едва слышно:
- Однажды я любил замужнюю женщину. Это даже была не любовь, а безумная страсть. В жертву ей я принес дружбу и честь. Но больше такое не повторится. Я поклялся себе.
Нарушить данное слово для такого человека, как Майкл, было бы равносильно смерти. Теперь Кэтрин поняла, почему он так безукоризненно вел себя по отношению к ней.
- Честью дорожат не только мужчины, - тихо сказала Кэтрин. - Женщины тоже. Нельзя нарушать клятвы и уходить от ответственности.
Кэтрин поднялась и заглянула Майклу в глаза.
- Великое счастье, если можно сочетать дружбу и честь.
Какое-то время они молча смотрели друг на друга, но это молчание было красноречивее всяких слов. Наконец Кэтрин направилась к дому. Глядя на ее решительную походку, никто бы не подумал, что глаза ее полны слез.
Майкл долго еще оставался в саду, перед глазами все плыло. Дышал он ровно, внимательно следя за каждым вдохом и выдохом, чтобы хоть немного заглушить охватившую его боль и отчаяние.
Неудивительно, что он влюбился в Кэтрин. Она была не просто красива, она была обворожительна. Не говоря уже о цельности ее натуры и безграничной доброте. Его мать, сестра и Кэролайн, вместе взятые, не могли бы с ней сравниться. Но Кэтрин была замужем.
И у Майкла не оставалось ни малейшей надежды. Однако что-то между ними было. Они хорошо понимали друг друга, и при иных обстоятельствах все могло бы повернуться иначе.
Майкл мог оказаться рядом с Кэтрин в тот страшный день, когда во время пожара погибли ее родители, и предложить ей помощь, как это сделал Колин. Но в отличие от Колина Майкл никогда не посмотрел бы на другую женщину.
Господи, что за чепуха лезет в голову. Случившееся с ним было неизбежно. Сумасшедшая любовь искалечила его душу. Наконец Майкл поднялся, он чувствовал себя совершенно измученным, как после тяжелого боя. Но, несмотря на это, испытывал гордость от сознания, что они с Кэтрин ч сохранили чистоту отношений, не замарав себя пороком.
Скоро начнется война, и кто знает, что случится с Мельбурном...
Майкл устыдился пришедшей ему в голову мысли. Желать смерти товарищу, офицеру?! Да и смешно загадывать на несколько недель вперед. Кто поручится, что погибнет муж Кэтрин, а не он сам? Все зыбко в этом мире, неопределенно. Единственное, в чем он уверен, это в своей любви к Кэтрин.
Он никогда не перестанет желать ее, до последнего вздоха.
Глава 8
Кэтрин как раз переодевалась к обеду, когда в спальню вошел Колин.
- Застегни мне на спине платье, - попросила Кэтрин мужа, вместо того чтобы позвать горничную.
- Пожалуйста, - ответил Колин.
Его пальцы были ловкими и бесстрастными. Кэтрин вдруг подумала о том, что они столько лет женаты, живут под одной крышей, но не испытывают друг к другу никакого влечения. Их отношения строились на законе, вежливости, удобстве и привычке. Они даже не ссорились, поскольку в их жизни давно все было ясно.
Застегнув жене платье, Колин тоже стал переодеваться. Он был чем-то взволнован, и Кэтрин спросила:
- Что-то не так?
Он пожал плечами:
- Ничего особенного. Но... я проиграл вчера сотню в вист.
- О, Колин!
Она опустилась в кресло. Денег обычно не хватало, и сотня фунтов была для семьи весьма ощутимой суммой.
- Не смотри на меня так, - сказал муж, заняв оборонительную позицию. Мне еще повезло. Сначала я проиграл три сотни, но потом отыгрался.
Она сглотнула, стараясь не думать о том, что бы они делали, если бы он столько проиграл.
- Как-нибудь обойдемся. Не в первый раз, - беспечно произнес он. Проигрыш того стоил. Я играл с офицерами из придворной гвардии. Все они из влиятельных семей.
- Когда еще это влияние пригодится, а внести нашу долю в расходы на домашнее хозяйство надо сейчас.
- Попроси своего друга лорда Майкла заплатить за нас. Эти Кеньоны богаты, как набобы.
Колин снял носок и бросил на кровать.
- Уж так он тебя обхаживает, так обхаживает, наверняка пытался уложить в постель?
- Чепуха, - бросила Кэтрин в сердцах. - Хочешь сказать, что я дала ему повод?
- Конечно, нет! - Колин усмехнулся. - Уж кто-кто, а я-то это хорошо знаю.
Атмосфера стала накаляться: в этом вопросе они не сходились во взглядах. Подумав, что слишком болезненно реагирует на обычное замечание Колина, Кэтрин примирительно сказала:
- Майкл - очень приятный человек, но сопровождал он меня из вежливости, а не потому, что хочет уложить в постель.
Сказав это, Кэтрин не покривила душой. Это была почти правда.
- Постарайся влюбить его в себя, пока мы живем на этой квартире. Пора подумать о будущем, - сказал Колин, не усомнившись в истине слов Кэтрин.
- О чем ты? - нахмурилась Кэтрин.
- После поражения Бонн армия будет сильно сокращена, а пенсия офицеров составит половину нынешнего жалованья. Хорошо бы получить теплое местечко, где много платят, а делать нечего, и можно охотиться в свое удовольствие.
Колин сменил рубашку и продолжил:
- А для этого нужны связи. К счастью, Брюссель нынешней весной буквально наводнили аристократы. И к тем из них, которые могут оказаться полезными, надо относиться с особой почтительностью.
- Что же, хорошо.
Кэтрин не нравилась идея Колина, но, поскольку от этого зависело благополучие семьи, она не возражала.